Архивариус и Солнце
«Будем как Солнце! Забудем о том...» - изредка спотыкаясь, стило упрямо скользило по сенсорной поверхности, позволяя мягким тонам подсветки сглаживать неизбежные неровности и шероховатости в кружочках, палочках и крючках. В принципе, буквы выписывались довольно гладко, но картинки перед глазами всё равно не возникало: как-никак чужой мир.
Пойманная планета в сравнительно недавнем (по космическим меркам) прошлом была обитаема, это учёные поняли ещё до начала её обработки. В причудливых её окаменелостях без труда угадывались строения и механизмы, наверняка некогда принадлежавшие двуногим биологическим существам.
«Правы коллеги-генетики, - подумал Архивариус, - не балует Вселенная разум новыми формами. И здесь люди».
В остальном тоже обошлось без сюрпризов. Всё как всегда: размеры, плотность, характер поверхности. Все пойманные планеты были похожи, и эта, последняя, всполошила учёный мир лишь тем, что среди забранных на ней образцов обнаружились осколки носителей информации.
«Информация!» - радостно кричал учёный мир, повизгивая от восторга.
«Настоящий подарок!» - добавлял про себя Архивариус.
Для специалиста его уровня не имело значения, в какую форму облекали свою речь инопланетные гуманоиды. Он был «всеяден». Если у знаков есть смысловая нагрузка, то он её найдёт, такая работа. А рисунки инородных базовых символов (то, чем он занимался последние минут пять) - это так, скорее, хобби.
Каракули исчезали с сенсорной поверхности в той же последовательности: кружочек, палочка, крючок... Каллиграфический перерыв закончился, и экран подсветил очередную рабочую строку: «Солнце всегда вдохновенно! Солнце всегда горячо!»
«Интересные утверждения», - подумал Архивариус, но зарегистрировал только второе: «На момент создания записи видимая звёздная величина расчётной системы не остыла».
«Запах солнца? Что за вздор! Нет, не вздор».
Самый что ни на есть вздор и есть.
Стоп! А что, если представители погибшей цивилизации действительно умели распознавать ионные потоки по запаху? Бред.
Дверь за его спиной мягко хлопнула. Вошедший взмахнул рукой, выписывая в воздухе полукруг, так уж у них было заведено. Оставалось, не оборачиваясь, поприветствовать его тем же жестом.
Зажужжала система коррекции влажности воздуха, запахло озоном, а искусственное освещение отреагировало на дополнительное присутствие изменением светового потока. «Ничего нового, всё как всегда», - отметил Архивариус вскользь и сконцентрировал внимание на экране: «В солнце звуки и мечты, ароматы и цветы».
- Что-что?
А вот это было неожиданно. Молодой учёный заходил довольно часто, но обычно не разговаривал. А уж если совершенно точно, то заговорил он сегодня впервые.
- Разделяю ваше удивление, коллега Алекс. - Фраза вышла скрипучей. Архивариус тоже разговаривал редко.
Прежде чем сесть, гость медленно обошёл соседнее кресло и похрустел костяшками пальцев: «Что здесь происходит? Откуда это у вас?»
- Обработка образцов с последнего странника. Первая капсула. Но мне пока нечем похвастаться, коллега Алекс. Разве что, освоением языка. - Это прозвучало увереннее, чем хотелось бы - с разговорной речью не всё было гладко: непривычные звуки плохо связывались между собой, булькали и срывались на взлёте...
- Освоением языка? Вот как! И как вы его находите?
- Лаконичен. Имеет место переизбыток шипящих, на мой вкус. А на ваш? Я слышу, вы с ним тоже уже ознакомились. - Архивариус не особенно удивился, мало ли, только подумал, что хорошо бы прибавить своему произношению подслушанной у коллеги певучести.
- Ещё бы, - пробормотал тот, - я вырос в Москве. Это русский язык. Неудобно вышло. И давно вы трудитесь?
- Завершаю второй цикл, коллега, но позвольте! Это что же выходит? Обитателям погибшей планеты был известен земной язык?!
Собеседник тяжело вздохнул и активно покачал головой из стороны в сторону, выражая категорическое несогласие с последним выводом Архивариуса.
- А здесь у вас что? - спросил он снова и тут же пробурчал себе под нос: - «Всегда вперёд стремится наше Солнце...». М-да, полная ерунда. - Архивариусу даже показалось, что коллега Алекс расстроился, но тот быстро вернулся в своё привычное приподнятое расположение духа. - Зато начало у этого стихотворения весьма подходящее, - сказал он, - «Не верь»! С вами пошутили, коллега.
- Пошутили? Как интересно! - С Архивариусом консультировались, с ним советовались, иногда не соглашались, такое бывало, но никто никогда не шутил.
- Ещё как интересно, - согласился посетитель. - Особенно, если учесть, что каждая минута эксплуатации тестирующего оборудования обходится лаборатории в копеечку. Но раз уж такое дело, позвольте полюбопытствовать: каковы ваши впечатления от произведений классиков русской поэзии?