— Да, действительно красивая, — решил не разочаровывать старушку. — Но я не уверен, что готов.
— Ага, — кивнула та. — Как с мелкой Мэриголд крутить шашни, так это нормально, а как с моей прекрасной дочерью… Тц. Мужики, не видите вы вашего счастья. Вот так всегда.
— Вы знакомы с Изольдой? — поинтересовался, не особенно обращая внимания на ее тон.
— Ну да, она же дочь правнучки, моей третьей кузины, — сказала она. — Я удивилась, когда недоступная Изольда оповестила всех родственников о своем романе с юным мастером двух магических путей.
Я не ожидал, что об этом так быстро станет известно широкой публике… хотя чем тут удивляться. Она, должна была это рассказать, чтобы ее родственники знали с кем, она общается и знали с кого спрашивать, если с ней случится что-то плохое. Думаю, это достаточно адекватная реакция и решение со стороны волшебницы.
— Ладно, — проговорил старая волшебница и стукнула старческими ладонями по креслу. — Мне нужно закурить. Кто-то желает присоединиться?
— Не курю, — ответил ей.
Макгонагалл только покивала головой. Она тоже была некурящей.
— Ну как хотите.
— Не сильно обращая внимание на нее, — проговорила Макгогнагалл. — У нее иногда бывают очень тяжелые заскоки в разуме, когда она считает, что вернулась на сто пятьдесят лет в прошлое. Хотя в последнее время у нее и не было такого.
— Она настолько старая? — удивился.
— Да, — кивнула профессор Транфигурации. — Поговаривают, что она лупила по заднице отца директора, когда тот не был еще учеником Хогвартса. Но директор это опровергает… и я ему верю.
— Мда, — только и мог сказать.
Волшебники медленно собирались в зале, наполняя его легким гулом разговоров. Когда пришло время, Дамблдор поднялся на небольшой подиум и стал ждать. Разговоры очень быстро сходили на нет, и все внимание было обращено к директору Хогвартса, что сейчас был в роли архимагистра.
— Друзья, — начал он говорить. Мощный голос архимагистра разлетелся по всему залу, создавая впечатление будто он говорить с каждым отдельно, настолько хорошо его было слышно. — Сегодня мы вновь собрались для обсуждения некоторых важных вопросов нашей Гильдии.
Дамблдор на некоторое время умолк, а затем взмахнул волшебной палочкой и перед каждым волшебником появились папки с бумагами. С некоторым интересом я открыл папку, и начал читать, что там было. С каждой страницей, я все больше и больше понимал, что ничего интересного. Там было сказано сколько заработала гильдия за определенное время, сколько потратила, сколько ресурсов есть на складах, а также количество новых членов и небольшие характеристики этих новых членов. В общем, кому-то это может и быть интересным, но не мне.
Собрание оказалось центром для самого обычного, бездушного административного обмена мыслями. Как я начинаю понимать тут точно нет ничего такого интересного, что могло бы быть важным лично для меня.
Обсуждение прибыли и убыли затянулось на достаточно долго, потому что искались варианты, как можно увеличить прибыль гильдии, и при этом не особенно выйти за ее профессиональное направление. Никто из волшебников не предлагал чего-то такого что могло бы оказаться прорывным. У меня самого таких идей пока что нет. Да и не думаю, что появятся.
После обсуждения таким административных вопросов был перерыв на чашечку чая или кофе, во время которого ко мне подошло намного больше волшебников, чтобы познакомится. Я оказался новым лицом, и другие хотят понять, что я из себя представляю, принадлежу ли к какой-то партии, и если да, то к какой. Понимание, что я «принадлежу» к партии Дамблдора появилось быстро. Создало ли это мне врагов автоматически? Нет… Будущих оппонентов в дебатах, если я предложу что-то? Да.
Мастера оказались достаточно дружелюбными, что меня немного удивляло. Я думал, что они будут состязаться между собой, подставлять и делать много других неприятных действий. Но это было не так. Целиком нормальная организация, которая работает со своими членами, поддерживает, по справедливости. Чем-то это напоминает мне идею гильдий из моего прошлого мира.
Вторая часть встречи была чуть более интересной, потому что волшебники обменивались собственными идеями по продвижению того или иного направления исследований. Особенно сильно между собой спорили группы мастеров, которые работали над той или иной темной. Другие, просто представляли собой обычных слушателей и наблюдателей. Я оказался во второй группе.
Сейчас это было уже более интересным, чем обычная административная рутина, потому что я узнал, что волшебники работают над интересными проектами, а не просто проедают наследие древних.