— Отличная работа, — сказал Облан, пытаясь отдышаться. Он был главной силой, которая сражалась с демоном. Дамблдор и кардинал его поддерживали, иногда нанося разрушительные удары магией.
— Нужно заняться тварью, — кивнул Вольтер на демоницу, которая начала колдовать что-то жутковатое. — А то, не ровен час, еще что-то случится.
— Да, — кивнул Дамблдор. — Вперед.
Троица волшебников, и боевые маги, которые ощутили удивительный прилив сил надавали на демонов, пока я приходил в себя. Многим могло бы показаться, что я устал, но это было не так… Я просто пытался успокоить свой разум от удовольствия, что я испытал.
Драка между троицей сильнейших волшебников планеты и демоницей начала резко набирать скорость и активность. Так как демоница обладала совершенно другими способностями от демона и была магом, то и другим магам стало чуть более удобно с ней воевать.
Фоукс, который летал над полем битвы, внезапно запел песню, даря всем, кто сражался целый набор новых ощущений и даже немного восстанавливая силы. На меня это не сильно повлияло, потому что я был залит силой по самые брови.
Поднявшись, я вдохнул на полные груди, ощущая рвущуюся магическую энергию, которая так и хотела показать себя. Но я сдержался себя и начал двигаться в сторону битвы. Демоница дралась отчаянно, но троица могущественных волшебников с поддержкой других волшебников просто давила числом. И как я сейчас понимаю, им нужно только совсем немного чтобы уничтожить ее.
Тряхнув палочкой, я скинул через нее несколько искр, и бросился в битву. Как только появился момент я резко метнул ветвистую молнию, что отбилась от щита. Но это было хорошо, потому что эта атака также сбила ее собственное заклинание. В процессе это дало возможность кардиналу нанести одну дополнительную атаку, что дало возможность уже Облану и Дамблдору тоже нанести свой удар.
Мое появление заставило дьяволицу уйти в полноценную оборону. Если в самом начале эта оборона была более динамической, то вот под самый конец она стала глухой и статической. Через такое пробиться было сложно, но все же возможно. Это было только вопросом времени, что наши заклинания настигнут ее тело. Она это тоже понимала, и я видел по лихорадочным глазам, как она ищет выход.
В этот раз отличился Дамблдор. Он нанес мощнейшее заклинание, которое ревом тысячи птиц пронзило ее защиту, разрушая и начиная ласкать своим обжигающим касанием ее тело. Это был конец для этой демоницы. Кардинал Вольтер рассечением волшебной палочки оторвал ей руку. Облан начал сжигать, но последнее заклинание было за мной. Молния разорвала ей сердце и мозг, почти мгновенно умертвляя.
После этого наступила тишина, которая прерывалась только стонами раненых. Такие были, но до этого в горячке боя расслышать их было невозможно. Я подошел и поглотил душу, ощущая еще одну волну оргазма, которая принесла не только новый раздел в мой Архив, но и увеличение моих личных сил. Как же это прекрасно.
— Все, — выдохнул Облан.
— Да, мы победили главным, — сказал кардинал, — Но это не значит, что все демоны были изгнаны. Нам предстоит еще долгое время работы пока все твари не будут уничтожены. А еще… нужно искать виновных.
Дамблдор ничего не сказал, а только отправил своего Патронуса чтобы тот передал информацию. Очень скоро сюда начали прибывать самые разные волшебники. Медицинский персонал собирал раненных и надавал им первую помощь, и отправлял в один из госпиталей. Несколько других волшебников собирали трупы для дальнейшего опознания и для того чтобы похоронить с почестями.
Еще несколько групп начинали оценивать повреждения, а также искали пути как вернуть все обратно, так чтобы магглы ничего не поняли и не заметили. Работа почти сразу закипела, так как никогда до этого.
— Возвращаемся в штаб, — сказал Дамблдор. — Нужно обсудить несколько завершающих вопросов.
Мы вернулись в штаб, который на данный момент опустел. У многих волшебников были совершенно другие дела, которыми нужно было заниматься в этот момент. Пройдя в большую комнату, мы только сейчас позволили себе немного расслабиться. Облан вытащил какую-то зеленоватую бутылочку и с грохотом положил ее на стол после туда же добавилось несколько граненых стаканов. В эти стаканы и была налита чистая, словно слеза ребенка жидкость.
Без каких-либо вопросов Дамблдор взял себе стакан. Кардинал только сложил руки в молитвенном жесте, перекрестился и тоже взял стакан. Я оставался последним… чтобы не быть исключенным из группы я тоже взял стакан.