— Василий Бронза, — сказал мужчина с удивительно длинными усами. — Если бы вам предложили преподавать в какой-то другой школе, вы бы согласились?
— Мне не поступали приглашения от других школ, — ответил ему. — Так что не могу ответить. Дальше.
— Бартоломей Вулфанг, Ливонский Кулак. Ходят слухи, что вы станете мастером Боевой Магии. Уже известно когда будет церемония?
— Пока нет, — ответил ему. — Но слухи правдивые. Я действительно получил пока что неофициальную оценку моим способностям.
— Вы будете учить учеников Шармбатона сражаться? — сразу же задал он вопрос, не дав мне время завершить и дать слово следующему журналисту.
— Не могу ответить.
Вопросы от других журналистов сыпались словно золото из карманов гоблина. Я начал немного уставать, что сразу же понял министр. Ему и его кабинету уже надоело так стоять, так что он завершил сессию вопросов и отвел меня в другую комнату, где уже был накрыт стол для празднования.
Утро в школе начиналось достаточно спокойно и привычно, хотя как может быть привычно. Волшебницы сидели за своими столами и спокойно принимали завтрак, который состоял из сока, холодной воды, чая, теплых свежеиспеченных круассанов и фруктов. Не самый богатый завтрак, если можно так сказать, но никто из молодых ведем даже и не думал возмущаться. За такое можно было получить наказание от преподавателей.
Флер сидела за столом с несколькими своими подружками, тоже вейлами, и ожидала газету. Многие ожидали газеты, потому что очень скоро Министерство должно назвать следующего директора школы. Какие только разговоры и домыслы не ходили, но никто точно не знал следующего. Будет ли это мужчина, или женщина? В последние сто лет, Шармбатоном управляли волшебницы, возможно сегодня все поменяется.
— Как думаешь, кто будет следующим директором? — поинтересовалась одна из близких подруг Флер. Они знаются еще с детства, потому что их матери тоже были подругами, так же как и бабушки.
— Ой не знаю, Анабель, — ответила Флер. — Мы можем только надеется на лучше.
Ситуация для вейл, после гибели Олимпии Максим немного ухудшилась, потому что они потеряли преференциальную защиту со стороны директора. У многих учеников и особенно учениц были затаенные обиды на прекрасных полувейл. Ученики обижались и оскорблялись, что вейлы отказываются с ними встречаться, ученицы обижаются, что вейлы отбивают у них парней. Не стоит забывать также и некоторой ненависти к ним как не человекам. Из-за этого вейлам приходится держаться вместе.
— Поговаривают, что даже кабинетные главы не знают, — решила добавить юная Делакур.
Все вейлы знают, что отец Флер сумел взойти на прекрасную позицию, в нынешнем Министерстве. И это несмотря на то, что он женат на вейле. Даже если эта позиция и не является чем-то особенно влиятельными, но даже так… бытие главой какого-никакого отдела министерства и сидеть за столом с министром лучше, чем быть капитаном команды жандармов. У многих из них родители точно не занимают такие позиции и именно поэтому Флер может немного управлять другими вейлами. Пусть даже в школе есть вейлы и старше ее.
— Тц, — цокнула какая-то младшая вейла. — Мне кто-то посолил мятный чай.
— Не хорошо, — ответила Флер. Взмахом волшебной палочки она почистила стакан мелкой вейлы и после перелила ей немного собственного чая.
Такие ситуации становились все более частыми. Даже среди преподавателей большинство считали, что вейлам совсем не место в школе, и если бы не личная титаническая работа Олимпии Максим, то они бы никогда не оказались тут. Только за это, вейлы были готовы отлить полувеликанше стометровую статую.
— Что-то совы немного задерживаются, — проговорила еще одна вейла.
— Это да, — согласилась с ней Флер и посмотрела на настенные часы, а затем перевела взгляд на пустое директорское кресло. — Может мы сейчас и узнаем, кто будет следующим директором…
Окна открылись и внутрь начали влетали десятки сов. Они летели к своим заказчикам если такие были, или же просто скидывали газеты на столы, чтобы потом быстро улететь. Все преподаватели кроме газет получили письма от Министерства. Не узнать министерских сов было сложно.
Пакеты с з газетами зашелестели. Ученики начали открывать газеты для изучения полученной информации. Флер и другие вейлы тоже получили письма и с большим нетерпением их открывали. Первая, заглавная страница говорила:
«Встречайте нового директора Шармбатона»
После этого заглавия была большая фотография Тимоти Джоди, знакомого и горячо любимого Флер волшебника. Там он стоял перед публикой и что-то спокойно говорил. Сердечко вейлы очень быстро застучало. Даже не так… оно заурчало словно двигатель, и если бы тут был какой-то магл, то он сравнил бы звук со звуком двигателя дорогущей, гоночной машины.