Курт остановился посреди площади, на которую выходили местная церквушка, кусок городского кладбища, единственный в городе кабак и крохотная ратуша, в которой, должно быть, заседали отцы города. Кабак, как и следовало ожидать, был закрыт в этот глухой час ночи, и вряд ли даже святая Инквизиция смогла бы достучаться сейчас до его обитателей.
Курт развернул лошадь, подъехал к церкви и спешился. Стучаться в высокие дубовые двери смысла не было, церковь была очевидно заперта на ночь, но дом священника, скорее всего, располагался неподалеку, и, ведя лошадь в поводу, он отправился в увлекательное путешествие вокруг святого сооружения, обходя грабли, вилы, лопаты и прочий садово-кладбищенский инвентарь, который был аккуратно сложен рядом с храмом. Почему церковное имущество ржавеет под проливным дождем, было вопросом не его компетенции.
На стук в дверь ответили не сразу, его пришлось сопроводить зычным: "Святая Инквизиция, откройте", после чего он услышал в глубине небольшого аккуратного домика быстрое шарканье босых ног по полу. Когда же дверь распахнулась, за ней оказался невысокий, тучный и пожилой человек, который уставился на Курта с недоумением:
- Ч-чем м-могу по-мочь? - в голосе священника можно было прочитать страх, но к такой реакции на свое появление Курт уже давно привык.
- Следователь первого ранга, особые полномочия, - он отработанным жестом выставил вперед Сигнум. - Нужна постель, коновязь и ужин.
Его собеседник, которого тот явно вытащил из-под одеяла, несколько секунд осознавал, что происходит и чего от него требуют, но осознав, вздрогнул и лишь затем посторонился, пропуская Гессе в дом.
- Пожалуйста, м-майстер... э... инквизитор.
Раннее утро не принесло городу ни красок, ни обаяния - дождь продолжал лить, хоть ветер и поутих, но серый цвет неба нависал над головой тяжелой каменной плитой.
С чего начинать данное расследование, Курт, как, впрочем, и всегда, представлял смутно. Чем его высокопреосвященство Сфорцу зацепил именно этот донос, он не предполагал. Очевидно, что нужно поговорить с родственниками Зигфрида Рауха и его жены - Марты. Еще бы неплохо было вычислить, кто именно написал донос.
Размышляя об этом всем, он вышел из дома священника и свернул не туда, куда отец Франк указал ему, объясняя, где живет семейство Раух, а пошел прямиком по дорожке, ведущей на церковное кладбище.
Здесь, среди могил, можно было поразмышлять не только о вечном, но и о том, сколько историй об оживших мертвецах он слышал сначала за свое обучение, а потом за службу в Конгрегации. Эта история отличалась от прочих лишь тем, что оживший мертвец не пытался съесть никого в городе, не докучал живым, не вставал из могилы, а преспокойно вернулся, а точнее, вернулась к себе домой и жила с мужем, как ни в чем не бывало. Как ни крути, это не обычное поведение для покойника.
Кстати, о могилах: искомая нашлась легко - кладбище было не очень большим и довольно старым, новые могилы, особенно те, которые были украшены памятниками, а не простыми надгробиями, виднелись издалека, и могилу Марты Раух можно было беспрепятственно осмотреть. Было очевидно, что ее никто не вскрывал, и тем более никто оттуда не вылезал, вряд ли даже самый неспокойный оживший мертвец смог бы приподнять памятник, не оставив никаких следов.
И еще более вряд ли милейший отец Франк опустил в могилу пустой гроб, да и свидетелей погребения, скорее всего, было немало.
- Святая Инквизиция, откройте, - слова были привычны, но в этом городе звучали впервые за всю его историю - с таким населением завести собственных малефиков, даже фиктивных, нужно было постараться, но жители не старались.
Дверь распахнулась почти сразу, и на пороге показался высокий статный мужчина - явно из зажиточных горожан - с тяжелым, неприятным взглядом.
- Что надо? - не слишком любезно отозвался он.
- Ответить на несколько вопросов, - вряд ли кто-то мог переплюнуть Молота Ведьм по части нелюбезных тонов. - Рихард Раух, я полагаю? Ваш сын пропал месяц назад.
- Не пропал, а сбежал, - пожал плечами Раух, не торопясь впускать следователя внутрь. - И рассказывать мне нечего. Не знаю я, куда он подался и что натворил.
- И все же придется, - Курт двинулся вперед, фактически вталкивая собеседника в прихожую.
Раух вынужденно отступил и попытался пронзить инквизитора испепеляющим взглядом, но инквизитор спокойно и уверенно прошел мимо него, оказавшись в комнате. По обстановке здесь можно было мало что сказать о хозяине дома - старая, но не добротная мебель, явно поставленная здесь когда-то "на время", но так никогда и не замененная, полки с утварью и табуретки, которые были сколочены неумелыми руками, скорее всего, самого хозяина или же соседнего лавочника, но никак не плотника.