Сундук с наградой ждал в финальной зале, будто знал — победитель не заставит себя долго ждать. Там его дожидались четыре копья и шесть кинжалов, по десять зелий маны и жизни, и главное — двадцать гран. Немного, особенно если сравнивать с наградой за зачистку роботизированной базы, но в орочьих осколках с гранами всегда был дефицит. Михаил, к слову, рассказывал, что в подземельях пирамиды платят гораздо щедрее — но до создания собственной пирамиды бояричу ещё далеко.
После обстоятельной беседы с Михаилом воевода не сразу определился, как ему теперь с ним себя вести. Он привык, что — парень всегда был младшим, по возрасту и опыту. Но, сейчас, по факту — боярич, прожил вдвое дольше самого воеводы, выглядел при этом на двадцать, и при этом совсем не изменился ни характером, ни привычками. Почти. А ведь раньше он относился к нему как к сыну. Старший учил младшего. Теперь всё наоборот.
Михаил, заметив внутренние метания своего старшего товарища, предложил компромисс: воспринимать его как брата. А сына, мол, заведи себе сам — благо возраст теперь позволяет. Звучало разумно, если бы не одно «но»: сам Михаил воспринимал его как ученика. Постоянно подсказывал, направлял, намекал. Часто — в форме розыгрышей. Но воевода не обижался. Уж он-то знал: если отобрать у себя чувство юмора, то кровь станет в два раза гуще, и жить станет вдвое скучнее.
Сегодня он получил несколько уроков. Один из них — не доверять чувствам, всегда страховать тыл. Урок старый, когда-то сам учил его тому же. Но старость, сменившаяся юностью, будто приглушила инстинкты. Это нужно было исправлять. Срочно.
Орки не оставляли после себя ингредиентов, полезных для алхимии, зато клыки на ура шли у бойцов за сувениры. Поиск трав и минералов занял ещё сорок минут. Атласы, предоставленные Михаилом, оказались невероятно полезными — компактные, с точными визуализациями, они резко ускоряли сбор. Найдено было всего два вида цветков, но даже это — уже успех.
Когда воевода, замыкавший колонну, покинул осколок, разлом задрожал, будто закашлялся и захлопнулся.
— Борисыч, что решил? Нашёл мне что-нибудь... Так... отлично... где его встретить?.. Ориентировочно через три часа... Добро. Будь! — отрывисто бросал он в трубку, заканчивая короткий, но содержательный разговор.
Он уже успел выйти на связь с Виктором Борисовичем ещё до звонка Юлии. Пересказал ему всё, что поведал Михаил, не скрывая деталей, и прямо попросил содействия — пусть хотя бы частично снимет грядущую головную боль. Он отлично помнил, как полковник в недавней беседе с горечью упоминал, что руководство всё не даёт ему ходу на проверку некоторых объектов, официально принадлежащих структурам Браунов. Подозрительных объектов. Очень подозрительных.
Сделав на этом акцент, он попросил поделиться адресом того, что казался Виктору наиболее подозрительным. Тот в ответ попросил время на размышления. Очевидно, решение далось непросто, но всё же — сейчас он перезвонил и озвучил координаты.
Рота погрузилась в «Кирасиры» и пару автобусов, и направилась в свою импровизированную базу — знакомая Васильичу база, ранее принадлежавшее Пингве. Хорошее место: закрытое, просторное, с подземным боксом. Идеальная база подскока в черте города.
Спускать покушение на Михаила воевода не собирался, и план ответного удара, уже созрел в его голове. Осталось уточнить детали, подготовиться и, собственно, можно нанести им визит вежливости.
По прибытии на базу он сразу распорядился: бойцов — в столовую, пусть поедят и переведут дух, а сам направился в штабной блок, где начали собираться офицеры и сержанты. Без лишних предисловий он обрисовал ситуацию. План, составленный на скорую руку, был единогласно одобрен. Удовлетворившись подтверждением своих мыслей, Васильич приказал, командирам разойтись по подразделениям, чтобы лично довести задачи для своих подчинённых.
С момента закрытия разлома прошло около трёх часов. На КПП появился человек от Виктора — невзрачный тип, будто сошедший со страницы архивного отдела. Огромные очки закрывали половину лица, а осанка придавала ему вид библиотекаря, случайно попавшего на военную базу. Но документы были в полном порядке и сопровождались кодовым подтверждением.
К этому времени бойцы уже были полностью экипированы. Снаряжение скорректировано под уличные бои, боеприпасы — не против чудовищ, а против себе подобных. Они стояли в готовности, затаив дыхание, и ждали только сигнала.
В зале для совещаний, где вновь собрался весь командный состав дружины, тишина стояла напряжённая, как перед грозой. Все понимали: если информация подтвердится, сегодняшняя ночь будет долгой.