Глава 15 Виноваты орки
— Молодой человек, позвольте принести вам извинения от имени моего непутёвого отпрыска... — ко мне подошёл тот самый богатырь. Я ещё при беглом осмотре окружающих, сразу понял, кто он такой: глава рода Кабановых, носитель Даров Духа и Тела, способный трансформироваться в вепря — в прямом и весьма впечатляющем смысле. Именно от этой способности их род и получил своё имя. Так что, когда он начал приближаться, я уже заранее предполагал зачем.
Когда в своё время начались массовые раздачи дворянских титулов одарённым, к вопросу о названиях родов подошли... скажем так, формально. И вот результат: Морозовы, Кабановы, Медведевы, Огневы, Светозаровы, Тёмных и многие другие, чьи фамилии звучат скорее как прозвища, чем как династии. В отличие от большинства боярских родов, в именах которых прослеживаются географические названия, либо прозвища и имена прославленных предков.
Бывают исключения и среди дворянских фамилий, чтобы далеко не ходить, можно сказать, что род Россовых получил своё имя от форта Росс — одного из первых укреплений на дальних рубежах державы. Предки настоящего Михаила Россова, принимали участие в его строительстве ещё до того, как раздача титулов стала мейнстримом и великие князья Барановы, решили таким образом выделить своих вассалов среди прочих. Видимо, было за что.
— Бог простит, — отозвался я с лёгкой улыбкой и пожал протянутую руку, — а я на шелест ветра не обижаюсь.
В момент рукопожатия я более внимательно пригляделся к его ауре. Чуть прищурился. И, как и ожидал, заметил незначительные, но характерные нарушения в её структуре. Молодые рода часто грешили этим — недостаточно изучали влияние двух и более Даров на энергоканалы, особенно если дело касалось противоположенных сочетаний или пересечений аспектов. Тяжело управлять одновременно Тьмой и Светом, разрушительно для одарённого, если не знать, как.
Нет бы сперва разобраться с контурами, энергоканалами, стабилизировать взаимодействие Даров... Все сразу стремятся к «чистой силе». И, в итоге, спустя пару десятилетий, расплачиваются за это тяжелейшими последствиями.
— В качестве благодарности за проявленную заботу, позвольте дать вам совет? — после формального обмена любезностями я решил не терять момент. Если он продолжит текущую практику, то лет через десять окажется прикованным к постели — и хорошо, если сможет держать ложку.
— Буду признателен, — кивнул он, но в голосе прозвучал явный скепсис. Такой тон обычно используют те, кто много слышал, и потому мало верит.
— Не пытайтесь разделять контуры энергетических каналов. Это ловушка. Вместо этого нанесите на свой Источник конструкт Преобразование, используя собственную жизненную силу. Он позволит вам генерировать нужный тип энергии в конкретный момент времени, не заставляя каналы работать на износ. Вам больше не придётся постоянно подпитывать дополнительные потоки.
Пока говорил, уже выводил схему конструкта прямо на листе — точно, чётко, без суеты. За секретность я не беспокоился: знания подобного уровня не «уходят» дальше надёжного родового хранилища.
Брови собеседника начали медленно ползти вверх.
— Сделайте себе тренировочную песочницу — желательно из чистейших, тщательно перемолотых гран — и начните отрабатывать нанесение конструкта с помощью энергии. Когда почувствуете уверенность, переходите к нанесению непосредственно на Источник. Только по одной руне в день. Не больше. Иначе организм начнёт мгновенно отторгать внедрение...
Я жестом подозвал его поближе к чаше с магнезией и, показав последовательность рун, наглядно объяснил, как именно ему нужно тренироваться: движение, концентрация, подача энергии — всё должно быть отточено до автоматизма.
Он впитывал мои слова, как сухая губка — влагу, не теряя ни одного нюанса. Его внимание было предельно сосредоточено, а за фасадом равнодушия проявлялась профессиональная жадность до знаний.
Глава рода — не самого малого и не самого слабого — мгновенно понял, с чем имеет дело. Его аура вспыхнула новым, жадным к действиям светом. Он буквально излучал нетерпение — ему хотелось немедленно приступить к тренировкам, проверить всё на практике. И всё же, несмотря на внутренний накал, лицо Кабанова оставалось каменным — вежливо-дружелюбным, почти учтивым.
— Благодарю вас, ваше сиятельство, — наконец произнёс он, — но если предложенная вами методика действительно окажется действенной... это будет неравноценный обмен. Не находите?
Сомнения — естественны. В среде высокородных ничего не даётся просто так. Любая помощь, даже незначительная, может стать поводом для чего-то большего. Я понимал его настороженность.