Но на этом история не закончилась. В ответ мы провели ограниченный рейд на один из их объектов — официально в рамках локализации угрозы. И именно тогда, как назло, или как закономерность, произошёл досадный инцидент. Скверна вырвалась из-под контроля, и ситуация перешла из межклановой потасовки в катастрофическую. Моя дружина понесла серьёзные потери: часть бойцов погибла, ещё больше было ранены, и лишь с помощью офицеров-одарённых удалось избежать полного истребления.
Мы продержались. И благодаря своевременному прибытию отряда полковника Адамовича, командира Белостокского СОБРа, удалось организовать грамотное отступление. Под прикрытием их бойцов моя дружина вернулась на базу без дальнейших потерь. Это был риск, но и настоящая демонстрация сотрудничества между родом и государственными службами.
Что касается заявлений — они были составлены заранее. Васильич с Виктором обговорили это ещё до начала операции, всё было подготовлено: шаблоны, выдержки из законов, юридические формулировки. Адвокаты «Росса» работали не покладая рук, оттачивая каждый абзац. Фактически все документы имели одну и ту же суть: нападение, превышение полномочий, вторжение на частную территорию, гибель дружинников — но подавались через разные правовые механизмы. Вчера, мне осталось только дать отмашку на отработку этого варианта.
И если кто-то надеялся, что мы будем молчать — он явно недооценил уровень нашей подготовки.
— Наше агентство без устали работает на благо державы, — произнёс Скворцов дежурную фразу, скрыв своё непонимание ситуации за бюрократической броней.
К этому моменту подъехала служебная машина — чёрный бронированный седан с тонированными стёклами. Мы сели и направились в сторону города.
В «Букваре» — просторном, мрачноватом здании в самом центре исторического района, где располагалось управление Агентства — меня не продержали долго. Пара уточняющих вопросов по минскому нападению, формальные запросы на возможность допроса моих дружинников. Я дал согласие. Зачем мне лишние конфликты с ведомством, от одного упоминания которого у половины граждан державы сжимаются внутренности?
Вернувшись в Белосток через городскую портальную сеть, я сразу направился на базу. Там уже началось собрание — предварительный разбор вчерашней операции.
Войдя в зал, я кивком поприветствовал всех, давая понять, чтобы не прерывались, и занял место на крайнем стуле. Докладчики один за другим высказывались, а я просто слушал. Каждый из них пытался честно оценить случившееся, и в какой-то момент родился общий итог — лаконичный, по всеобщему мнению, точный:
Виноваты орки.
Да, те самые, которых они зачищали в разломе перед рейдом на базу Браунов. Бой с ними прошёл слишком легко. Ребята расслабились. Заряд адреналина, вперемежку с эйфорией победы, сыграл злую шутку. В бой с Браунами они шли с настроем шапкозакидателей. А это, как любил повторять голова Московской Орды Жуков, — вернейший путь к могиле.
Такой итог меня устроил. Я не стал переходить к указаниям провалов и не ткнул никого носом в ошибки. Все и так всё поняли. Смерть боевых товарищей — это лекарство горькое, но предельно действенное. Усилить его побочным унижением — значило бы потерять уважение собственных людей.
А ещё хуже — начать эксплуатировать память мёртвых. Такие вещи не прощают. Ни живые, ни мёртвые.
Выйдя на улицу, я тут же заметил, как на территорию базы въезжает колонна из семи седельных автопоездов или в просторечии – фур. Двигатели глухо урчали, подвеска скрипела под тяжестью груза, а на боках машин поблёскивали логотипы транспортной компании.
— Наконец-то... — пробормотал воевода, сразу оживившись. — Вот бы этот груз пришёл на пару дней раньше... эх!
Не дожидаясь, пока кто-то к нему подойдёт, он сам двинулся навстречу колонне — лично, с явным нетерпением, будто встречал старого боевого товарища. Впрочем, так оно и было: на подходе была давно ожидаемая партия вооружения, заказанная ещё до операции.
Очередная поставка от виконта Зубова, с которым нас познакомил Виктор, и впрямь немного запоздала. Но её содержимое стоило ожидания. Если лёгкое вооружение, стрелково-гранатомётные комплексы АК-17 — автоматический карабин, модель 17, 37-миллиметровые миномёты «Ливень», МУРКи «Выстрел», пистолеты и ручные пулемёты он отгрузил нам в течение одной недели, то с автоматическими 30-миллиметровыми пушками и 55-миллиметровыми миномётами, вышла задержка.