И покусает.
Уже набросилась...
— Для начала, — я тянул слова. — Как тебя зовут?
— Ариэль!
— Прекрасно, Ариэль.
А я — Оцеола!
— Оцеола! — Ариэль выдохнула с восторгом. — Замечательное имя.
Лучшего и быть не может.
А то всё были — Беньямины, Алехандро, де Лювьмонамур…
— Ага.
Мммм! — На этот раз я проблеял.
Я уверился.
Окончательно решил, что она — сумасшедшая.
«Девушка придумала себя имя.
Волшебное имя.
И всякий принцев богатеньких придумала.
Что же…
ПРИДУМАННЫЙ МИР ЛУЧШЕ РЕАЛЬНОГО.
Наверно, жизнь у неё тяжелая».
— Ариэль?
— Да, Оцеола?
— Почему ты одна?
На ярмарке?
Здесь много мошенников.
КРАСИВЫЕ ДЕВУШКИ ПРИВЛЕКАЮТ ЗЛОДЕЕВ.
— Йа?
Я – красивая?
— Нууу, начинается, — я усмехнулся.
Да.
У неё все наоборот в сознании.
Сейчас назовет себя уродиной. — Ты не красивая…
— Я знаю, — Ариэль опустила головку.
— Ты не красивая.
Потому что ты — очень красивая.
— Нет!
Не может быть! — В её глазах полетели золотые звезды. — Папенька называет меня…
Нет...
Не уродкой называет.
Но говорит, что я – рядовая.
Рядовая девушка.
Обыкновенная.
И ничего особенного во мне нет.
— Наверно, твой отец хотел сына.
А родилась ты.
— Откуда ты знаешь?
Оцеола!
Ты настолько умный!
— Догадаться не трудно.
Отец тебя воспитывает, как мальчишку?
Заставляет лазить по деревьям?
— И преодолевать полосу препятствий, — Ариэль засмеялась. — Дома я хожу в мужской форме.
И тяжелых ботинках.
— Но сейчас ты в туфельках.
И в милом платьице.
— У подружки одолжила.
— Ага!
Тяжело тебе.
— Поэтому я сбежала на ярмарку.
Оцеола?
— Да, Ариэль.
— Если тебе не трудно…
Если ты не занят…
— Не тяни.
— Покажи мне ярмарку.
Я никогда не была на ярмарках. — Взяла меня за руку.
Меня?!!
«Ариэль…
Или, как там её настоящее имя…
Никогда не была на ярмарках.
Родители денег не давали.
И не пускали.
Вот поэтому первый попавшийся уродец ей показался красавцем.
Наверно, мужских особей никогда не видела.
Только в галосериалах…
Кроме своего отца».
КОГО ПЕРВОГО УВИДЕЛА, ТОГО И ПОЛЮБИЛА.
И…
Мы отправились гулять.
По ярмарке.
— В этой лавке — жулики, — я рассказывал.
С упоением.
Голова кружилась.
Слегка.
Ариэль…
Она — ароматная.
От неё исходил одуряющий аромат… девушки.
— А в этой лавке…
Тоже жулики.
Обвешивают.
Чай подают спитой.
Везде на ярмарке жулики!
— Как интересно! — Ариэль восхищалась.
Искренне восхищалась.
— А здесь неплохую шаурму продают.
Правда шаурмянщик Биджойский — жулик…
— Как и все, — Ариэль засмеялась.
Смех её звонкий.
Словно серебряная роса.
Роса не звенит.
Но выглядит, как будто звенит…
Я скосил глаза на Ариэль.
Она смотрела на шаурму.
Судорожно сглотнула.
— Ты проголодалась?
— Нет, нет, — Ариэль, словно испугалась. — Я сыта.
Есть не хочу.
— Вижу, что ты голодная.
— Ну, разве, что немножко.
Но…
У меня денег нет.
«Я другого бы и не подумал.
Откуда у неё деньги?»
У КРАСИВЫХ ДЕНЕГ НЕ БЫВАЕТ.
— Деньгами и я не богат…
— А они принимают в кредит?
— В кредит? — я не понял. — Кто?
— Шаурмянщик даст шаурму в кредит?
Я потом перешлю ему деньги.
— На ярмарке?
В кредит?
«Она точно…
Неправильная.
Ничего не знает».
ЯРМАРКА — НЕ БАНК, В КРЕДИТ ШАУРМУ НЕ ДАЮТ.
— У меня есть деньги, — я вытащил из кармана мелочь.
Ничего, кроме мелочи у меня не бывало. — Был мешок топинамбура.
Можно было бы топинамбур обменять.
На шаурму.
Но его уже нет.
Цыганке Азе отдал. — Я пересчитал медяки. — На шаурму хватит.
На одну.
В простом лаваше.
Не в сырном.
Будешь в простом лаваше?
Я тебе куплю.
— Ага! — Ариэль обрадовалась. — Только с одним условием.
Мы будем есть вместе.
Напополам.
— Как скажешь! — Я пожал плечами.
Не понимал, что происходит.
«А что?
Женюсь.
Возьму в жены Ариэль.
Жизнь и наладится».
Я расправил плечи:
— Эй, шаурмянщик!
Биджойский.
Дай шаурму.
Одну.
ЕСЛИ ШАУРМА, ТО — ОДНА.
Я высыпал монетки на прилавок.
Биджойский смахнул их в ящик.
Небрежно.
Словно говорил — Я не мелочный.
Знаю я его.
Всё взглядом он пересчитал…
— В сырном лаваше?
— В простом.
Что толку от сырного?
Только одно название.
Нет в нём сыра.
А цену больше берешь. — Я прикусил язык.
«Зря я так сказал.