Сидят тихо.
А этот зазывает к себе.
Черепом единорога заманивает.
— ЕСЛИ НЕ ПОКАЗЫВАЕШЬ СЕБЯ В БОЮ, ТО ПОКАЗЫВАЙ НА ЯРМАРКЕ.
— О!
Сир космогенерал Карлеоне. — Барыга шагнул к нам.
Ну да, ну да.
Нууууу.
Как к нам…
К космогенералу Карлеоне спешил.
Был барыга пьян.
Очень.
Совершенно пьян. — Ты мне снился.
Сегодня.
Как ты забавлялся с моей женой.
Катарина — жена моя.
Очень красивая.
И молодая.
Я знаю, что она грешит.
Изменяет мне.
Катарина, значит.
Но за всё надо платить.
ЕСЛИ ВЗЯЛ МОЛОДУЮ ДЕВКУ В ЖЕНЫ И НЕ МОЖЕШЬ, ТО ПЛАТИ ЕЙ И ТЕРПИ ЕЁ ИЗМЕНЫ.
Барыга смотрел на космогенерала.
Глаза барыги округлились
— Атакин! — дон Карлеоне похлопал барыгу по плечу.
Традиционно похлопал.
По-генеральски.
До треска костей барыги. — Вызови на дуэль любовника твоей жены.
— Так меня же убить могут.
— Убьют!
Обязательно убьют! — Космогенерал расхохотался.
Барыга…
Барыга тоже заржал.
«На ярмарке в моде низменный юмор», — я не смеялся.
Потому что мне не смешно было.
А жаль…
— Йа!
Я подозревал, что Катарина мне изменяет, — барыга Атакин шмыгал носом. — Возможно иногда.
Во время шопинга.
Но так…
В моём присутствии.
В моём шатре…
Это ужасно. — Барыга приложился к бутылке.
Я отметил, что бренди — дешевка.
Пойло для нищих.
«А барыга — прижимистый», — я догадался.
БОГАТЫЕ ТОЖЕ БЫВАЮТ БЕДНЫМИ.
— Йа…
Я искал её любовника.
Хотел предупредить его.
Морду бы набил.
Но он улетел.
Говорят, что он подцепил официантку.
Из борделя.
Ванесса её имя.
И улетел с ней.
Сначала переспал с моей женой.
А потом променял её на девку.
Пьяную девку.
— ПЬЯНАЯ ДЕВКА — ВСЁ РАВНО — ДЕВКА!
Гер Карлеоне рассмеялся.
— Я захожу в шатер, — барыга Атакин ходил по кругу.
В разговоре ходил кругами. — Думал, что Катарина в бане.
В женской бане.
Хотел предупредить её, что в бане жарко.
А она — в шатре.
Обнималась с этим проходимцем.
Катарина сняла платье.
Наполовину.
И говорили друг другу интимности.
Гадкие словечки.
Бесстыдные.
Я крикнул:
«Сладострастец!
Ты — дурак!
Послушай!
Ты не пара моей Катарине.
Она тебя бросит». — У меня не было сил.
Не было сил ругаться.
Не то, что ударить любовника моей жены.
«Одна ночь без Катарины — сущая пытка!» — Любовничек бросил на меня взгляд.
Взгляд полон презрений.
Почему?
Ну, почему он произнес:
«Одна ночь без Катарины — сущая пытка?»
СЛОВА НИЧЕГО НЕ ЗНАЧАТ, ЕСЛИ ОНИ ВЫЛЕТАЮТ НЕ ИЗ ЧЕЛОВЕКА.
Затем любовник меня спросил:
«Что ты хочешь сделать?
Рогатый муженек?
Отвезешь меня домой?»
Я покачал головой:
«Что я могу сделать?
С меня довольно.
Между мной и Катариной всё кончено.
Забирай её себе».
«Йа не тряпка, — Катарина взвилась. — Не тряпка, чтобы мной саные полы вытирали». — Её голос дрожал.
На высоких нотах вибрировал.
«Катарина! — Я рыдал. — Я не хочу!
Не хочу больше с тобой разговаривать!»
Она рассмеялась.
В ответ показала мне фигу:
«Муженек!
Можешь, вообще, не возвращаться домой.
А я не дура.
Не дам тебе развод.
Мне с тобой сытно живётся.
На панель я больше не вернусь.
ПАНЕЛЬ — ДЛЯ СЛАБЫХ».
«Любовник! — Я расправил плечи. — Забирай мою Катарину.
И не возвращайтесь в шатер.
В мой шатер.
Проводи ночи с Катариной.
Ведь ночи без неё для тебя — сущая пытка.
Можете делать, что хотите.
Отныне мне нет до вас дела.
Всё кончено!» — Снова отхлебнул.
— Я сейчас зарыдаю, — космогенерал хохотал.
Его веселила ситуация.
Барыга Атакин остывал:
— Я им заказал космотакси.
Боялся, что Катарина продолжит развлекаться с любовником.
В моём шатре.
Это подорвало бы мою репутацию.
Моё доброе имя барыги бы запятнало.
Но Катарина не улетела.
Наоборот.
Она выпросила у меня деньги.
Выклянчила кругленькую сумму на новую шубку.
Успокоила меня:
«Атакин!
Муж мой.
Я сбегаю на вечеринку.
Затем вернусь к тебе.
Через пару часов.
Я буду ослепительно сексуальна.
В шубке из козла.
Шубка на голое тело.
РАСПАХНУ ШУБКУ, А ПОД НЕЙ — АХ!»
«Катарина! — Я махнул рукой. — Я не обращу внимания.
Даже не замечу, что ты ушла».
«А йа…
Я буду тосковать без тебя, Катарина», — её любовничек вздохнул.
Жадно вздохнул.
Почуял запах денег.
Ведь я дал жене на шубку.
Прощелыга любовник захотел завладеть этими деньгами.
Но не догадывался.