— Благодарствую!
Папенька! — Я приладил ногу. — Удобная!
Лучше моей настоящей.
Эту ногу крокодил уже не откусит. — Я прошелся кругом.
Пританцовывал. — С этой ногой танцевать хочется.
Она сама в пляс пускается.
Ха!
Чечетку отбивает!
— Я эту ногу для себя приберегал, — барыга закрыл сундук.
Навесил замок.
Ключ от замка повесил на шею.
— Зачем тебе искусственная нога? — Дон Карлеоне заржал. — У тебя свои целые.
— На всякий случай.
— Атакин?
— Да, гер Карлеоне.
Хочешь, я тебе ногу отстрелю?
Вот, и будет тебе случай.
Всякий.
Тогда можешь новую ногу приладить.
— Отстрелишь? — барыга задумался. — Соблазнительная мысль. — Я страховку получу.
За увечье.
И на докторов не надо тратиться.
А то за ампутацию дорого берут.
Но… — Барыга вздохнул. — Дело только в деньгах.
Так я потратил только одну ногу.
Армейского образца.
И придется потратиться ещё.
Две ноги.
А это — убыток.
УБЫТОК И БАРЫГА НЕСОВМЕСТИМЫ.
— Атакин! — Космогенерал опустил руку на плечо барыги.
(Барыга согнулся под тяжестью чужой руки.)
Голос космогенерала стал бархатным. — Я помогу тебе.
Будет тебе и нога.
И ноги со склада.
Конечно…
Если мы договоримся.
— А, что? — Барыга Атакин заинтересовался. — Есть возможность?
— ВОЗМОЖНОСТИ САМИ НАХОДЯТ СМЕЛЫХ.
Космогенерал подмигнул.
— Дон Карлеоне.
Атакин!
Как у ноги отключить функцию? — Я скакал на одном месте. — Нога…
Она танцует.
Не может остановиться.
— Оцеола!
Прикажи ноге, — гер Карлеоне наморщил лоб. — Кажется, слово – отставить.
— Отставить! — Я тут же крикнул. — Ой!
Нога застыла.
Не двигается.
Совсем.
— Гер Карлеоне, — барыга Атакин выполз.
Освободился от руки космогенерала. — Нога модели 5638094бис.
Она запрограммирована и для светских вечеринок.
А слово «отставить» может оскорбить кого-нибудь.
Например, высшего чиновника.
И даже вызовет срыв.
Нервный срыв.
Представь.
Чиновник на вечеринке расслабился.
И тут звучит — Отставить.
Чиновник может подумать, что за ним пришли.
Брать его.
За казнокрадство.
Поэтому…
Для этой модели нужно сказать — «Ножка! Не танцуй».
А, чтобы снова плясать — «Ножка, танцуй!»
ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЕКТ ПОНИМАЕТ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ЧЕЛОВЕК.
— Ножка — не танцуй! — Я застонал. — Не двигается.
— Оцеола!
Ты её заблокировал.
Ногу заблокировал.
Чтобы разблокировать, нужно сказать — «В бой!» — Барыга пожал плечами.
— «В бой!» не испугает чиновника? — космогенерал Карлеоне хмыкнул.
— Испугает, — барыга икнул.
Так ему выпитое икалось. — Поэтому нужно с ногой аккуратно.
— Я понял! — Я кивнул.
Новая нога мне очень понравилась.
Поэтому я хотел отвлечь от неё внимание.
А то заберут у меня её…
— Гер Карлеоне.
— Что, Атакин.
— Ты намекнул…
Что можешь поставить мне армейские ноги.
Со склада.
— Намекнул.
— И?
— Жди! — гер Карлеоне скосил на меня глаза.
«Не доверяет мне, — я понял. — Не доверяет до конца».
НИЩИМ НЕ ДОВЕРЯЮТ.
Меня выгнали.
Вытолкали из шатра.
Сказали, чтобы подождал.
Снаружи ждал.
Я и не возражал.
«Пусть барыга с Карлеоне шушукаются!» — Я опустил штанину.
Теперь никто не видит, что у меня нога искусственная.
— Ножка, танцуй! — Я приказал. — Народное.
Ярмарочное. — И…
Пошёл вприсядку.
Приседал.
Подпрыгивал.
Всё замечательная нога делала.
За меня делала.
— Маменька, — малыш остановился.
Милый мальчик.
Лет пяти.
Лицо перемазано вареньем. — Маменька!
Смотри!
Дяденька урод танцует!
«Дяденька урод?» — Я чуть не упал.
Но нога не дала упасть.
Она посадила меня на шпагат.
Малыш для меня уже не выглядел милым…
— Дай нищему уроду цент, — мамаша протянула монетку сыну.
Приучает сыночка к доброте.
— Дядя урод, — мальчик подбежал. — Возьми денежку!
— Возьму! — Я протанцевал вокруг малыша.
Чувства мои смешались.
Было обидно.
За урода обидно.
Но…
Ведь так меня называли давно.
С того самого несчастного случая.
И я привык.
Не обижался.
Вернее — обижался.
Но обиду прятал.
А сейчас обиделся?
Просто я стал отвыкать.
Отвыкал от унижений.
НО УНИЖЕНИЯ САМИ НАХОДЯТ.
Тем не менее…
У меня уже был цент.
Честно заработанный цент.
Я продолжал плясать.
Люди подходили.
Некоторые жадничали.
Некоторые — раскошеливались.
В основном дарили натурой.
Через пять минут у меня были два апельсина, одна брюква.