Умер кто?
— Ещё неизвестно.
Умер ли Оцеола.
Оцеола — жених Ариэль.
Он пропал три дня назад.
Во время игры в прятки.
— Прэлестно!
Прелэстно!! — Я закатил глаза.
Дворецкий засмеялся.
Я начал понимать:
«Всё, что скажет, или сделает красивый, становится величественным.
Раньше над моей шуткой – Прэлестно — никто бы не улыбнулся.
А сейчас дворецкому моё – Прэлестно! Прэлестно!! — показалось верхом остроумия.
— Дживз.
— Да, синьор, — дворецкий склонился.
— Значит, Ариэль в спальне?
— Да, сир.
Ариэль тоскует.
Плачет по Оцеола.
В компании своих друзей.
— В компании друзей?
Тоскует?
И плачет? — У меня глаза наливались кровью. — Не те ли друзья — Дюбуа, Симпсон, Тархун и другие?
— Да, монсиньор.
Ты хорошо осведомлен.
«Осведомлён? — Я почти бежал по дворцу. — Осведомлён ли я?
Осведомлён ли о том, что делает Ариэль в кругу своих друзей…»
ЛУЧШЕ НЕ ДЕЛАТЬ, ЧЕМ ДЕЛАТЬ.
— Господа! — Я ворвался в спальню. — Честь имею…
И застыл.
Ариэль сидела на коленях Дюбуа.
Обняла ручками за шею.
И…
Плакала.
Действительно, страдала.
«Вот, как страдают невесты из высшего общества, — я закусил губу. — Утешаются на коленях друзей…
Особенно тех друзей, у которых стоит.
Всегда стоит.
После операции.»
— Сэр! — Ко мне повернулись головы.
Заинтересованные взгляды.
Я заметил искры восхищения. — Я…
Йа…
Ищу своего брата.
Семиюродного.
Оцеола его имя.
Не встречали?
— Ах! — Ариэль спорхнула с коленей Дюбуа.
Подлетела ко мне.
В глазах Ариэль — озёра. — Как вовремя.
Мы все обеспокоены.
Обеспокоены исчезновением Оцеола.
«Вижу, как вы обеспокоены, — я подумал. — Хотя…
Может быть, я излишне строг.
Возможно, в высшем обществе друзьям положено успокаивать невесту.
И ничего дурного в том нет.
Даже, если Ариэль сидела на коленях.
На коленях друга».
— Что случилось с Оцеола? — Я осознал.
Понял, что меня не узнали.
Не узнали во мне урода Оцеола.
Бывшего меня.
— Йа.
Я уверена. — Ариэль бросилась на шею ко мне. — Чувствую, что Оцеола сбежал.
Сбежал от меня.
Я оказалась для него недостаточно хороша.
Он нашёл себе другую.
Какая-то гадина увела моего Оцеола!
Пока мы играли в прятки.
МУЖЧИН УВОДЯТ ЧАЩЕ, ЧЕМ ЛОШАДЕЙ.
— Нет повода для беспокойства.
Ведь мы не видели труп Оцеола. — Я прижал к себе Ариэль.
Она поддалась.
Наивная.
Доверчивая.
— Господин!
Как ты верно сказал! — парни переглядывались. — Никто лучше не утешит.
Никто умнее не скажет — «Ведь мы не видели труп Оцеола».
«Мда, — я чуть отстранился от Ариэль.
Ведь она обнимала не меня.
Не того урода.
А якобы брата того. — Действительно!
Всё, что я говорю — принимается на ура.
Потому что я красивый.
Я уверен, что если сделаю сейчас что-нибудь неприличное.
Например сниму портки…
То все засмеются.
И скажут — «Как он оригинален».
— Сир!
Ты настолько благороден! — Дюбуа оторвал от меня Ариэль.
Занял её место.
Обнял меня. — Как твоё имя?
— Моё имя…
Ээээ.
Алоецо! — Я схитрил.
Назвал своё имя задом наперед.
— Ах!
Ох! — Все зааплодировали. — Аристократическое имя.
Алоецо!
Не то, что Оцеола!
— Милый друг Алоецо! — Симпсон протянул мне сигару. — Лучшие сигары в этой Галактике.
От дона «Ферсаче».
— Пардон-с! — Я развел руки в стороны. — Не употребляю.
Берегу здоровье!
— Бережешь здоровье! — Одобрительно засмеялись.
Загудели.
Если бы они знали…
Я никогда не берег здоровье.
ЗАЧЕМ БЕРЕЧЬ ЗДОРОВЬЕ, ЕСЛИ МЕНЯ КАЖДЫЙ ДЕНЬ ПОКОЛАЧИВАЮТ?
Но сигару не принял по другой причине.
Ведь я не умел курить сигары.
Никогда даже не пробовал.
Потому что сигары — дорогие.
А я — бедный…
— Я настаиваю, — Симпсон не отставал. — Эта сигара без никотина.
Она — полезная!
Лечебная сигара.
— То, полезно, что в рот полезло, — Всё же я принял сигару.
Потому что Симпсон мне её впихнул в ладонь.
— Прикурить? — Симпсон зажег огонёк.
«А зажигалка у него золотая. — Я вертелся. — Нельзя закурить.
Я выдам себя.
Что не умею курить».
— Ах, сигара! — Я тянул время.
Снова все засмеялись.
Словно я сказал что-то смешное.
Очень.
Дико смешное. — В рот сигара не полезла.
Куда же её засунуть?
В попу? — Я приложил сигару к заднице.
От волнения так получилось.
И…
Опять все захохотали.
Смеялись до слёз.
Даже Ариэль.
Комментировали.
Сэр Алоецо!