И переживать.
ПЕРЕЖИВАТЬ ЗА ДРУГИХ — ВЫСШЕЕ ЧУВСТВО МИЛОСЕРДИЯ.
— Да ты что! — Ариэль всплеснула руками. — Оцеола за меня заступился.
Перед тремя хулиганами.
В драку полез.
А бандиты — качки.
Оцеола меня защищал.
— Три хулигана? — Каисса распахнула глазища.
Я старался смотреть на её лицо.
Но взгляд спускался ниже… — Кто они?
Я всех хулиганов знаю.
— Винсент, Карачели и Драхман, — я запищал.
Голос почему-то сорвался.
— Ничо се!
Номерные мальчики.
И? — Каисса даже икнула от волнения. — Не может быть.
Оцеола всегда убегает.
Так сложилось.
Его часто бьют.
Над ним издеваются…
— Каисса!
Замолчи.
— Оцеола!
Это правда же! — Каисса не замолкнет. — Убегал.
А за тебя, Ариэль, заступился.
Хотя знал, что его убьют.
Это что-то…
Наверно, наш Оцеола влюбился.
Влюбился в тебя.
— Каисса… — я простонал.
ЛЮБОВЬ — КАК ДВЕРЬ — ТУДА И ОБРАТНО.
— Влюбился?
В меня? — Щечки Ариэль вспыхнули. — Это невозможно.
Оцеола?
Это…
Правда?
— Что-то вы погнали лошадей, девушки, — я сказал, как можно беспечней. — Речь не обо мне.
— О тебе! — Каисса не унималась. — И что же было дальше?
В драке?
— Оцеола всех победил.
Победил троих! — Ариэль с гордостью посмотрела на меня.
Словно — да.
Будто бы я их побил.
Винсента, Карачели и Драхмана.
— В это я не поверю! — Каисса стукнула кулачком по коленке. — Никогда.
Чудес не бывает.
Эти парни — качки!
А Оцеола — так себе.
— У Оцеолы широкие плечи, — Ариэль снова меня восхваляла.
— Ариэль меня выгораживает.
Она.
Она, а не я.
Ариэль быстро с ними расправилась.
Всех отправила в нокаут.
С тяжелыми травмами.
— Ты? — Каисса пристально посмотрела на Ариэль. — А в это я могу поверить.
Какая-то ты необычная, Ариэль.
Не как все.
Не наша.
— Ты ещё скажи, что Ариэль — жухрайская шпионка! — Я усмехнулся.
Но Каисса не смеялась.
И я вздрогнул.
«А, вдруг?
Вдруг, я угадал.
Ариэль — шпионка?
Жухрайская?
Тогда всё становится понятным.
Она хочет внедриться.
Законспирироваться хочет.
Всё сходится.
КОГДА ВСЁ ПОНЯТНО, ТО СТАНОВИТСЯ ГРУСТНО.
Выбрала самого неприглядного.
Охмурила с первого взгляда.
Потому что я не избалован.
Вниманием девушек не избалован.
Я сразу и повелся.
А она — как матёрая шпионка — всё рассчитала.
И уже добилась своего.
Я готов её спрятать.
Потом она перережет всю мою семью.
Меня, Клеопатру и матушку нашу.
И Каиссу зарежет.
А сама будет жить под видом фермерши.
И?
Что дальше?
Я должен сообщить в космополицию?
Ариэль поймают.
Отвезут в Тайную Канцелярию?
И оттуда она уже не вернется.
Даже, если не была жухрайской шпионкой.
И я ошибся.
А я?
Я продолжу жить, как прежде?
Один?
И буду обходить стороной кучки парней и девушек?
Чтобы меня не побили?
И не смеялись надо мной?»
Во мне закипело.
Или — закипела злость.
На себя.
Не на Ариэль.
САМ ВСЕГДА ВИНОВАТ.
— Вы ещё не спрятались? — Клеопатра влетела.
Как на крыльях.
И понеслось.
Потому что моя сестра — ураган.
Все — по сравнению с ней — легкий ветерок. — Каисса?
Почему ты голая?
Видишь, как на тебя Оцеола пялится?
Совсем обнаглел.
Его девушка рядом.
И она скучает.
А он на моих подруг глаза таращит.
Оцеола?
Ты разошелся.
Возомнил себя Императором. — И, не давая ни кому слова, продолжала. — Можете не лезть в сено.
Я имею в виду тебя, Оцеола.
И тебя, Ариэль.
Никто вас не ищет.
О той драке только говорят.
Но официально не объявлено.
Думаю, что отцы Винсента, Драхмана и Карачели решили не подавать заявление.
В космополицию не обратятся.
Подобные люди с полицией не дружат.
Они сами решат разобраться с вами.
Когда всё утихнет.
И, когда о драке забудут.
Чтобы их не подозревали.
Так что у вас есть дня три.
Минимум.
Чтобы сбежать.
Или решить проблему.
— Сбежать? — Я размышлял.
«Всё хорошо складывается.
Для меня.
Я сбегу с Ариэль.
Для этого есть повод.
Вроде — я её защищаю.
Но…
Тогда Клеопатра перепишет ферму на себя.
И я останусь ни с чем.
Нищий.
Бомж.
Передо мной два пути.
ОДНА ДОРОГА — ЭТО УЖЕ ДВА ПУТИ, ПОТОМУ ЧТО У НЕЁ ДВА КОНЦА.
Первый — неясный.
Жизнь здесь.
На ферме.
Нищета.
Насмешки.
Это, если я улажу всё с папашами Винсента, Карачели и Драхмана.
Второй путь — ещё более туманный.
Если Ариэль шпионка…