Лика перехватила тяжелый карбоновый шлем поудобнее, занося его как кувалду. Её глаза сузились до тонких щелей.
— Еще раз, — процедила она сквозь зубы, — еще раз ты прикоснешься ко мне своими лапами, и я познакомлю твои идеальные виниры с моим шлемом. Посмотрим, как ты будешь улыбаться в Италии без половины зубов!
— Ах ты... — Киян взвизгнул и попытался схватить её за воротник куртки.
— Встать перед тобой на колени? — Лика выдала короткий, злой смешок, от которого у Джихун-хо поползли мурашки по коже. — Только если чтобы посмотреть, как ты будешь собирать свои зубы с бетона, придурок!
Она уже была готова впечатать карбоновую скорлупу в идеальное лицо Чховена-младшего, когда Джихун-хо мертвой хваткой вцепился в её руку.
— Лика, нет! Прекрати! — заорал он, пытаясь удержать её на месте. — Киян, остынь!
— Пусти меня, Джихун-хо! — Лика рванулась, посылая Чховена по-русски. — Пошел ты на х@й, «король» недоделанный! Иди шкурку свою полируй, пока я из тебя отбивную не сделала!
Чховен-младший окончательно потерял контроль. Он кинулся на Лику, пытаясь схватить её за воротник, завязалась потасовка. Джихун-хо и еще пара парней вклинились между ними, образовав живой щит. Вокруг улюлюкала толпа, вспышки телефонов фиксировали каждый момент этого безумия.
— ХВАТИТ! — Джихун-хо буквально вытолкнул Лику к её байку. — Время заезда! Вы оба — на старт! Выяснять кто круче будете после.
Лика тяжело дышала, её сердце колотилось о ребра, как пойманная птица. Она посмотрела на Чховена — тот дрожал от ярости, надевая шлем и бросая на неё обещающие смерть взгляды.
— Романова, с каких это пор, ты стала смертницей, — прошептал парень. — Ты хоть понимаешь, что он сейчас с тобой сделает на трассе? Он же тебя просто вытолкнет!
— Пусть рискнёт своим здоровьем, — прыснула девушка.
— Я тебя уничтожу на трассе! — орал Чховен, сквозь шлем. — Ты живой до финиша не доедешь!
— Посмотри на него, Джихун-хо! У него же сейчас пар из ушей пойдет! — Лика ткнула пальцем в сторону взбешенного гонщика. — Слышь, «принц», иди лучше шортики смени, а то, кажется, ты перенапрягся.
Ни говоря ни слова, Джихун-хо закрыл лицо руками. А Лика на мгновение замерла, усаживаясь на мотоцикл и сжимая рукоятки руля. В её голове пронеслось:
«Что это было? Я чуть не ввязалась в драку с парнем прямо перед заездом… Впервые в жизни, чуть морду не набила мужику».
На секунду её охватил ледяной, колючий страх — такой, что пальцы на миг ослабили хватку на руле.
«А вдруг он Джихун-хо прав! Вдруг он действительно попытается вытолкнуть меня с трассы? Может, я переоценила свои силы? Что, если я не доеду до финиша?..»
Но тут перед глазами всплыло лицо Бэка — спокойное, холодное, смертельно опасное. Губы Лики дрогнули в кривой усмешке.
«Бояться этого напыщенного индюка после Бэка? — мысленно фыркнула она. — Он же просто шумный петух с короной на голове».
Она глубоко вдохнула, выдохнула и поправила шлем. Пальцы снова твёрдо легли на руль.
«Если я смогла устоять и соблазнить убийцу Бэка, то какой-то „король“ мне точно не страшен, — твёрдо сказала она себе. — Посмотрим, кто из нас останется на трассе, а кто будет собирать зубы по обочине».
Лика бросила короткий, вызывающий взгляд в сторону Чховена-младшего завела мотор и подмигнула Джихун-хо. В груди снова закипал знакомый азарт — тот самый, что гнал её вперёд, несмотря ни на что.
«Поехали», — прошептала она и рванула с места в тот самый момент, когда прозвучал сигнал старта.
Глава 11
Глава 11
Перед гонкой...
Бэк вошёл в здание, где собрались покровители ночных гонок. Помещение напоминало логово хищников: приглушённый свет, тяжёлые шторы, массивные кожаные кресла и запах денег — терпкий, почти осязаемый. В воздухе витала смесь ароматов дорогого табака, виски и едва уловимого напряжения: каждый здесь знал, что одна гонка может изменить расстановку сил в городе. Он окинул всех холодным взглядом — ни тени эмоций, ни лишнего жеста. Лишь едва заметный кивок в сторону нескольких фигур, чьи лица скрывали полумаски или тени от низко надвинутых полей шляп. Затем Бэк неспешно присел на свободное место у огромного экрана, где мелькали кадры старта гонки — и вот она, Лика.
«Ариран… Ты словно проклятие, которое я не могу изгнать. Как ты это делаешь? Стоишь там, у байка, а я будто снова в той подсобке», — его сердце забилось чаще против воли, вопреки всем доводам рассудка. Он снова чувствовал, как теряет рассудок, глядя на неё.
Официант скользнул к нему бесшумно, как тень, и наполнил бокал янтарной жидкостью. Бэк едва коснулся края бокала пальцами, не отрывая взгляда от экрана.