Чховен внезапно рассмеялся. Это был сухой, лающий звук, лишенный всякого веселья.
— Смелая девушка, это похвально. Очень кинематографично, — он посмотрел в окно. — Но запомните, Лика: когда тебе предлагают шанс свалить, нужно его использовать. Герои в любых историях долго не живут. Они обычно заканчивают на дне реки. Как твой Бэк.
— Останови машину! — выкрикнула Лика, и этот приказ прозвучал так резко, что водитель Чховена инстинктивно ударил по тормозам.
Машина замерла прямо посреди моста, тяжело качнувшись.
— Здесь запрещена остановка. — донесся ленивый голос Чховена.
Лика схватилась за ручку двери, но прежде чем толкнуть её, она обернулась к Чховену. В её взгляде даже не было страха.
— Знаете, господин Кан Хун, — её голос звучал тихо, но каждое слово падало, как тяжелый камень в стоячую воду. — Вы не только конченый человек. Вы ещё и абсолютно беспонтовый отец. Ваш сын сейчас там, в этой ледяной каше, вместе с Бэком. А вы сидите здесь и поправляете воротничок. Вам плевать на него так же, как на всех остальных. Вы вырастили монстра, а теперь даже не удосужились искать его и проверить, дышит ли он, ещё.
Чховен лишь слегка приподнял бровь, его лицо оставалось непроницаемым, как гранитная плита. Он коротко, сухо усмехнулся.
— Я реалист, Лика. Упасть на такой скорости с дамбы в реку, где течение способно перемалывать бревна... Шанс выжить там — один из ста. Тратить ресурсы на поиски того, чего, скорее всего, уже нет — нерационально.
Лика толкнула дверь и выбралась на асфальт. Опираясь на костыль, она выпрямилась, чувствуя, как ветер хлещет её по лицу.
— Один из ста? — она горько усмехнулась, глядя на него через открытое окно. — Что ж, этого достаточно. Я уверена, что Бэк этот шанс использует. Просто чтобы вернуться и плюнуть вам в лицо. — Она сделала шаг назад от машины. — Мне не по пути с трупами, Чховен, — бросила она напоследок. — а вы... вы уже мертвы. Вы просто еще об этом не знаете.
Она с силой захлопнула дверь. Звук удара металла о металл прозвучал как выстрел, ставящий точку в их разговоре. Черный седан плавно тронулся с места и он растворились в потоке машин.
Лика осталась одна на пустом тротуаре. Она повернулась к ограждению.
— Ты не имеешь права сдохнуть в этой канаве, — прошептала она, глядя вниз на бурный поток воду. — не после того, как я наговорила этому индюку столько гадостей. Тебе придется вернуться и защитить мою честь, придурок...
Глава 37
Глава 37
В гостиной Лики стояла удушливая атмосфера финала. Лика, с растрепанными волосами и лихорадочным блеском в глазах, яростно сражалась с чемоданом, который стал для неё символом всего того хаоса, в который превратилась её жизнь.
Миён сидела на самом краешке дивана, нервно перебирая пальцами край своей кофты.
— Лика... может, ты всё-таки передумаешь улетать? — тихо спросила она, глядя, как подруга в очередной раз пытается придавить крышку коленом.
— Закройся, ты, порождение бездны! — взревела Лика, игнорируя вопрос. Из недр чемодана, словно насмешка, торчала лапа огромной плюшевой жабы. — Залезай, ты, кусок синтепонового дерьма! — прошипела девушка, дергая заевшую молнию. — Да чтоб тебя черти в аду так упаковывали! Чтоб тебя моль сожрала прямо в багажном отделении!
Молния окончательно застряла. Лика психанула. С рыком, полным накопленной за неделю боли, она выдрала жабу из чемодана и с силой швырнула её в стену. Игрушка глухо шмякнулась об обои и сползла на пол, глядя на хозяйку своими выпученными стеклянными глазами.
— Эта блядская жаба ещё не вмещается! — выкрикнула Лика, тяжело дыша. — Мало того, что жизнь катится к чертям, так ещё и эта зелёная рожа действует мне на нервы! Всё против меня! Даже неодушевленные предметы решили поиздеваться!
Она с грохотом захлопнула крышку и навалилась на неё всем телом, уперевшись руками. Лика зажмурилась так сильно, что задрожали ресницы. Сделав глубокий, судорожный вдох, она выдавила сквозь стиснутые зубы:
— Я спокойна. Слышишь, Миён? Я абсолютно, мать его, спокойна! У меня всё просто зашибись!
Она резко обернулась к подруге. Глаза Лики лихорадочно блестели, на бледных щеках горел нездоровый румянец.
— Если я останусь здесь еще хоть на день, я просто вскроюсь, — голос её сорвался на злой, надтреснутый смех. — Ты понимаешь? Ожидание неизвестности — это хуже, чем если бы мне прямо сейчас сказали, что он мертв. Спасатели свернули лавочку. «По инициативе Чховена», — передразнила она официальный тон. — Гениально! Ещё полиция, меня чуть не арестовала, за то, что я сама хотела искать Бэка. Теперь он, как и этот придурок Киян, официально считаются без вести пропавшими. — Лика издала короткий, злой смешок. — Бэка что, сильным течением сразу в Миссисипи унесло? Или он решил, что Корея для него маловата, и поплыл прямиком в Атлантику, не захватив ласты и меня об этом не предупредив?