— Неве-Мор, птичий вор, — приказал Аристарх, — доставь мне эту красотку.
Появление пленницы Аристарх не отследил. Отошёл на минуту по малой потребности, а вернувшись, увидал, что девушка из зерцала стоит на этот раз перед зеркалом и старается заглянуть на него с исподу. Навья Смерть сидел на любимой балке с самым презрительным видом, словно он тут и вовсе не при чём.
— Здравствуйте, доктор, — произнёс Аристарх заранее подготовленную фразу. — Мне нужна ваша помощь.
— Вы, видимо, виновник происшествия. — в голосе девушки не было ни страха, ни удивления. — И как вы намереваетесь объяснить происходящее?
— Видите ли, мне нужна консультация врача и лекарство, а другого способа их получить, у меня нет.
— А у меня нет лекарств, во всяком случае, при себе.
— Это неважно, мне бы рецептик, и как таблетки принимать. А достать я самое дефицитное лекарство сумею.
— Тем же способом, что и меня сюда притащили?
— Так ведь я не со зла! И потом, я заплачу за беспокойство. Вы поймите, сил моих больше нет.
— Давайте, пройдём куда-нибудь, где можно присесть, и вы расскажете всё по порядку. Только полностью и честно. Иначе, сами понимаете, никакая консультация невозможна.
— Так ведь трудно поверить, — пожалился Аристарх.
— Ничего, я постараюсь. И, всё-таки, не будем стоять, как на вокзале, особенно на виду у вашей птицы.
Смущённый Аристарх проводил пленницу, которая вела себя словно хозяйка, в пиршественный зал — единственное место, где были расставлены скамьи и табуреты. Сам Аристарх хотел усесться в хозяйское кресло во главе стола, но постеснялся. Не привык ещё корчить из себя царя.
— Зовут вас как? — первый вопрос был вполне обычным для всех, кроме похитителя. Сказать ли просто: Аристарх, или произнести фамилию, которой Аристарх стыдился из-за её неблагозвучия. И наделила же судьба невезучего Аристарха скверным сочетанием Аристарх Семёшкин! Можно ещё гордо поименоваться: Царь Аристарх Бессмертный… — тогда и вовсе вместо консультации последует вызов санитаров.
Помявшись немного и вспомнив, что санитарам сюда вход заказан, Аристарх предпочёл ответить вопросом на вопрос:
— Вы поверите, если я скажу, что меня зовут Аристарх Бессмертный?
— Почему бы и не поверить? Ведь вам нет никакого резона обманывать. Иначе о правильной консультации речи не будет. Кстати, Бессмертный это фамилия или свойство, обозначение вашего статуса?
— Свойство. Я действительно бессмертный.
— Это уже интересно. Рассказывайте всё по порядку.
Начинать рассказ было неловко, и Аристарх снова задал вопрос:
— А вас как зовут?
— Фамилии мы оба оставили за скобками, — остро улыбнулась собеседница, — а звать меня можете по имени отчеству: Василиса Ярославна.
Аристарх вздрогнул. Живо вспомнилось, как Кащей предупреждал не связываться с Василисой Премудрой. Хотя, может, это не та Василиса, хоть и Ярославна, но не Премудрая. И, вообще, она уже здесь, так что коготок, в любом случае, увяз. И потом, даже если Василиса та, не станет же она мстить ему за несовершённые преступления. Злодействовал Кащей, а Аристарх всего лишь неудачно вышел погулять.
Запинаясь на каждом слове. Аристарх начал перечислять прискорбные события последних дней. Василиса слушала, не перебивая, лишь иногда кивала головой, отмечая для себя какие-то важные моменты.
Наконец, Аристарх иссяк и начал повторяться.
— Что же, — резюмировала Василиса. — Примем ваш рассказ за рабочую гипотезу. Хотя, копытный Горыныч внушает недоверие. Кювье был бы возмущён. Вы там случайно его черепа или нескольких черепов не заметили?
— Нет, — ответил Аристарх, уже не знающий, верить ли самому себе.
— Ладно, оставим. В конце концов, вопрос не принципиальный. А вы, вообще, знаете, на что подписались, согласившись подменить Кащея Бессмертного?
— Я ничего не подписывал.
— В данном случае, подписи и не требуется. Достаточно простого согласия. Кащей вам сказал, где и как вы будете царствовать? Что живых людей в Кащеевом царстве нет, сказал?
— В некотором роде — сказал, — неуверенно протянул Аристарх. — Мол, царство моё — царство мёртвых.
— То-то и оно, что в некотором роде. Согласно представлениям наших предков, Баба-Яга, которая вас сюда направила, живёт на границе миров, одной ногой — в царстве живых, а другой — костяной — в мире мёртвых. Вроде, всё складно получается, а на деле — полуправда хуже лжи. Кащеева власть не над мёртвыми, а над недожившими, да и властью это назвать не получается. Он их вьявь примучивает, а они его — во сне. Который человек жил честно, от дела не лытал, любовь свою нашёл, детей вырастил, внуков вынянчил, на правнуков порадовался, тому умирать не страшно и не больно, его злая смерть не берёт, он мирно засыпает, и не надо ему ни рая, ни ада, ни Кащеева царства. А которые помирают не доживши: от всяческой хвори, от пьянства или насильственной смерти, эти сюда идут. Вы за ворота носа не высовывали, что там делается, не знаете, а там, судя по всему, нехорошо, и всё по вашей воле.