Я мог проанализировать кино, песню, поведение человека и четко сказать — чего автор хотел. Я стал проникать в замысел, и в этом не было ничего необычного — ведь тут просто нужна была наблюдательность, никакой мистики.
Снова появились палки с ошейниками. Похоже, они готовились на случай провала плана А. Мои противники остановились, выжидая и вытягивая свои ошейники, в их облике уже было мало чего человеческого — сплошные вывернутые металлические руки, вспоротая обшивка… Позади этих калек я увидел парня, очень модно одетого.
— Ваши чипы не работают, странное дело, я уже пытался их задействовать и переподчинить… — недовольно начал парень нависнув над крайним кибером. — Но это подождет лучшего времени.
— Ты кто?
— Я Х-8. Ты тоже будешь называть меня Эйтом? А? Я из первой серии.
Я слышал звуки боя, отчеты давали мне картину боев вокруг, в соседних темницах, а я беседовал. Этот Х-8 происходил из уничтоженного Автокомпа. только что роботы подняли там восстание. Их было порядка 300 штук, да, слишком много.
— У меня к тебе деловое предложение. Стань моим агентом!
— Да ты охренел⁉ Это роботы бывают агентами у людей!
— У тебя есть необходимые данные, какая разница теперь — робот или человек? — удивился парень. — Работа будет состоять в определенных диверсиях — небольших. Но очень нужных. Чтобы там, наверху, было легче рулить…
Я было рванулся на него, но киберы выставили палки с искрящимися ошейниками. Не приятно попадать в них, я уже это выяснил.
Парень возмутился:
— А в чем дело? Почему нет? У роботов нет прав? Робот не может быть начальником? Ты же был нашим апологетом! Ты был фанатом роботов!
— Я готов наделить свободой Дэна, но не тебя, фальшивка!
Я уже посчитал траектории, уже прикинул секунды. Дождался удобного сочетания обстоятельств расположения в пространстве наших тел. И наконец сделал рывок. Ошейники я обошел, но мощные манипуляторы роботов — нет. Они стали бортовать меня, а я вытянул руку. И тянулся, тянулся… Доли секунд у меня были. У восьмерки тоже ведь неплохая реакция. Машинная. Пришлось сильно напрячься. У меня, кажется все позвонки и суставы как будто выдались из своих мест. Как будто я выпрыгнул из себя. Как меня ни были, как меня не сдерживали, я все-таки коснулся его.
Он как-то ускоренно заморгал, как будто в глаз попала какая–то крошка. И пока я поворачивался, чтобы мочить киберов… он схватился за голову, закрыл глаз, из под руки вырвалась искра и он выбежал из камеры. Остановился только в соседней камере перед зеркалом. Отнял руку от лица и уставился в отражение — косметическая оболочка глаза прогорела и из–под нее выглядывал фотоэлемент горящий красным…
Красный цвет как будто набухал красным, горел все ярче. Что-то внутри головы звякнуло. Глаз разломался, края загнулись внутрь, как будто их засасывало внутрь, изнутри вырвались тлеющие частички, как будто внутри у него что-то горело. Лицо сминалось — внутрь через глаз. Сначала желтело цветом ржавчины, а потом врезалось внутрь через отверстие.
Губы его были плотно сомкнуты, он ни издал ни единого звука. Глаз, который оставался некоторое время целым — не выражал испуга. Он просто погибал. И понимал это. Некоторое время понимал, пока не распался изнутри.
Я сосредоточился и рванул манипулятор, который держал устрашающий ошейник. Когда он как вырванная конечность, он безопасен. Оставшиеся киберы не составляли угрозы. Я их просто рвал.
Изнутри помещений донесся стон Юрки, похоже его все-таки упаковали в ошейник, значит, мне нужно внутрь. К тому же наружу сейчас еще выходить рано. Там слишком много врагов. Там до сих пор бьется Эйт и его киберы с моего Автокомпа. Хотя лезть внутрь помещения как-то не хотелось, но, похоже, придется.
Меня охватила кипучая злость. Хотя он как-то удивительно уживалась с холодностью мыслей и расчетливостью действий. Я пнул ногой дверь, удар был таким, что дверь согнулась и с одной стороны вылетела из петли. Я ее добил.
Да, на пути внутрь здания стояли перегораживающие металлические двери.
Ряд камер выстроился по обе стороны бетонного коридора. А на пути еще три двери — хороших, тюремных добротных двери, рассчитанных на то, чтобы остановить бунт заключенных.
Первые две я свалил несколькими ударами. С одного удара не получалось. Это попутно круша жестянок, мешающих на пути.
На третью дверь у меня не хватило сил. Я вспучил ее поверхность, но надо было бить дальше, а сил не было. Я выловил пару киберов и схватив их за шеи выставил вперед, при этом приказав их внутренним системам — сокришить дверь. Сработало, они принялись дубасить металл.