Выйдя на улицу из небольшого, но аккуратного кирпичного здания он отправился по асфальтированной тропинке мимо великолепных подстриженных полей и садов из цветов. Замок выглядел роскошно.
По пути пришлось ответить на пару звонков особенно больших людей в том смысле, что Председатель занят, работает в своем кабинете, не может сейчас отвечать, у него неотложные вопросы. Его тревожить никак нельзя.
Несколько раз и монотонно он отвечал пока шел.
— Самые последние новости? Он в курсе. Связаться с президентом? Он планирует. Передвинуть военную эскадру? Он подумает. Назначить генерального директора?
А вопросы продолжались: Вторжение? Затраты? Дивиденды? Сколько нужно банков? Какая надежность? Авторитетные рейтинги? Он не забудет. Он перезвонит. Он проследит. Он очень, очень занят. Вы же знаете, когда он работает его невозможно отвлекать.
Не знаю, как тут можно соблюдать какую-то секретность? Как-то прятаться? Председатель входит в 250 богатейших людей мира. Это физически невозможно.
В замке он прошел несколько коридоров. Прошел вереницу залов, 2 последних были модернизированы новейшей аппаратурой.
Председатель спал — на большой кровати. Как всегда засиделся до ночи и с утра был не совсем готов. Тем не менее на день были планы. Надо будить.
Сегодня нужно было что-то решить по дню земли — насчет финансов.
Пока Председатель просыпался, Бен методично расписывал ему, как несколько талантливых скалолазов готовы штурмовать Эверест и поместить на его вершину флаг Земли с изображением буквы тета.
Акции проходят с 1970 года.
А Беккера интересовала Россия. Так уже не первое утро.
— По вашему прямому приказанию лояльная нам группа из ФСБ сделала попытку уничтожить Ионова и его дружка. В усиление были приданы новые роботы из нашего Автокомпа.
— Ну и каков результат? — раздраженно потребовал Председатель от помощника.
— Ионов и его дружок целы, нападавшие полностью уничтожены. Там разыгралась целое сражение, я подготовил нарезку из съемок. У нас там были те, кто это снимал. Наш Автокомп уничтожен.
Председатель покраснел вскинул кулак и заорал.
— Что с этим Ионовым не так?.. Он неуязвим! Почему он неуязвим? Нет! Нет. Этого не может быть! — Возможно, в этот момент председатель пожалел, что его охватывает такая импульсивность. Вот его отец и дедушка имели выдержку и шли не на самые очевидные союзы и траты. И всегда добивались цели. Беккер не хуже, он тоже может ждать… — Будем работать с… как его… мерзкой букашкой…
— Синицей. По-русски это птица.
— … Синицей. Не все ли равно? Все равно мерзкий русский. Другого выхода нет. У него есть свои ребята?
— Им больше платить.
— Ничего страшного! Обеспечьте их всем необходимым! И смотри, чтобы эта скользкая русская тварь сделала все, что нам надо. Если слишком обнаглеет — в расход. Животные должны знать свое место.
— Они уже давно ждут приказа.
Председатель наконец съехал по огромной кровати на край и ногами на пол устеленный коврами, посмотрел так как мог смотреть только он — с плящущими огоньками в глазах. У Бэна этот взгляд считался самым страшным. Председатель возразил, иногда срываясь в крик:
— Однако Синица уже пробовал. Один раз. Устроил автомобильную аварию, я все эти снимки видел. Там все было залито кровью, а Ионов был кашей. Но он как-то выжил. И не просто выжил, а стреимтельно восстановился! А потом ему пришлось устроить погоню по сугробам. Кто может передвигаться в сугробе⁉ Ты же мне потом докладывал? Он передвигался по сугробам! И что? Как мы можем верить Синице, что в следующий раз у него все получится?
— Отправьте к синице Вольфганга. Для контроля. Это он разработал специальный сдерживатель для Ионова. Это очень удачное устройство, которое нейтрализует сверхспособности, если они у человека есть.
— Ладно хоть это сделали. — Председатель кивнул своим мыслям. — Мы должны снова и снова пробовать. Вышли Вольфганга, заплати сколько надо Синице, обеспечите их… там… всем. Пусть достигнут нашей цели. Этот человек должен быть уничтожен.
— Будет исполнено, господин Председатель!
Беккер же озаботился чем-то другим. Он всегда задумывался, если ему приходила в голову идея.