Так часто бывало, что мои ведущие режиссеры принимались ругаться. Приезжал я и мы с удовольствием говорили о серьезных вещах, забыв про распри.
Мои актеры тоже продолжали чудачить. Хоть и иногда без злого умысла, а наоборот. У нашего Некрасова случился инфаркт, после разговора со сварливой женой. Спросите, кто не знает Некрасова Константина? Таких во всей стране не найдется. Я бы закрыл глаза на контракт, дал бы ему отдохнуть, так нет же, он потребовал съемок «по графику». Вся съемочная группа с замиранием сердца смотрела как он играет роль раздраженного человека в новой картине. А про себя наверное молилась. Лишь бы его сердце не подвело. А он полностью отдавался роли. Его, наверное, меньше всех смущали его болезни. Вот это самоотверженность!
Такими у меня были все. Собрались как-то сценаристы пивка попить в клубе, стали вместо дискача вчитываться в разные сценарии «Ромэо и Джульеты». Все же в курсе, что постановок этой книги уже за 100? Ну вот, они заводились все больше, пока читали. В результате смахнули пиво и писали свой сценарий сутки, не выходя. Я одобрил, сценарий — огненный, на вознаграждение я не поскупился.
У нас появились фанаты, которые считали себя посвященными и исследовали каждую секунду выпущенных фильмов. Не знаю, хвалится этим или плакать. Они же ведь нас будут донимать, почему сделали так, а не эдак… Короче, мы росли во всех отношениях.
Эйт, Юра и Вика вольготно устроились в моей общажной комнате. Мы только что обсуждали наши подвиги на плотине. Вика и не думала радоваться нашим успехам. «А что нам дальше делать?» — спрашивала моя боевая подруга.
Это была нормальная реакция человека, который не хочет физически исчезнуть.
Эйт взял слово:
— Мы не можем предотвратить их атаки. У них программисты даром хлеб не едят. Они быстро разобрались в некоторых наших технологических нагромождениях и внедрили эпизодические, но довольно успешные апдейты, которые скорректировали работу наших систем. Результат не хороший. — Он повторился: — Мы не можем прекратить их атаки, пока все мы включены. У техники управление может быть перехвачено в любой момент, если они найдут уязвимость. Мы делаем работу над ошибками, усложняем доступ, но у Беккера работают лучшие, к сожалению, у них получается. Они приспособили машинные ресурсы и рассчитывают новые возможности залезть в наши системы. Благодаря последним событиям мы ликвидировали их программные закладки и даже пожгли их оборудование. Но для Беккера с его деньгами нет ограничения по финансированию. Они все восстановят. Тут есть вариант. Отключить Автокомпы и всех роботов. Вернуться в 19-й век.
— И тебя выключить? — удивился я, надо признать, с сожалением. Уж больно хороший Эйт помощник. Безропотный, не то что Дэн. Хотя, Дэн тоже был в своем роде прекрасным помощником.
— Конечно.
Заговорил Юрка. Он был серьезен, что даже удивляло.
— Я знаю из отчетов, что вы сами довольно успешно атакуете их. Это уже огромное достижение. Беккер такого никогда не испытывал. Все властные структуры, все юридические организации всегда ложились под него. А сейчас — возник другой действующий мир, в котором валютой являются не взятки и угрозы, а качество программирования. Вы успешно держите оборону и совершаете атаки, да, мы пропускаем удары, но доля их влияния на новую реальность Автокомпов и Рассадника — в пределах 10%. Я представляю в каком Беккер бешенстве. Рассадник и Автокомпы контролируют больше половины мирового производства, а он не может на это повлиять.
— Мировая доля Автокомп-промышленности неуклонно снижается. Они это делают в ущерб себе, но они на это пошли. Лишь бы изменить ситуацию.
Да, мы знаем о этих диких законах, которые раньше запрещали продавать нефть выше 60 долларов, а сейчас запрещают ввозить товары сделанные Авткомпом. Знали и о бешеном противодействии Беккеру, но он в своих руках имел ВСЕ западные ресурсы, он мог пойти на диктатуру. И сейчас она уже вводилась. Они не могли противостоять нам в конкурентной борьбе, поэтому становились диктаторами, закрывали наши торговые пути силовыми методами.
Я удивлялся тому, как это мы еще с Бит-корпорацией успели «выстрелить» захватив 65% рынка?
— Наша доля уже чуть меньше 50%. — Сказал Эйт.
— Выключать вас — не вариант. Вы работаете не побоюсь сказать, идеально. С Беккером у нас высокотехнологическая схватка. У нас есть шанс на победу. Так что давайте не будем торопить события. Работаейте по максимуму.