— В самом деле? — удивился мужчина, уже полностью переодевшись в костюм и ощущая себя совершенно другим человеком. Сейчас в его глазах светились гордость и восхищение.
— Да. Весь Призрачный Отряд использует только ее снадобья и яды.
— Фантом…
Наиль уже почувствовал, что отец снова хочет поговорить о нем. Мужчина сильно нервничал, и эта нервозность нарастала все больше.
— Пойду добуду что-нибудь на ужин. Отложим все разговоры.
— Но ведь уже темно…
Ночь вступила в свои права. Слышались крики ночных птиц, шелест листвы и взревывания хищников в чаще. Риаз проспал почти весь день, что для раба было просто удивительно. Скорее всего, он поэтому и проснулся раньше от снотворного, вколотого Фантомом. Просто не привык к такому долгому сну.
— У меня развито ночное зрение, так что все хорошо вижу, — с этими словами Наиль скрылся за иллюзией и сбежал от неприятного разговора.
Риаз только вздохнул и принялся разводить костер. Ему ничего не оставалось, кроме как ждать другой возможности поговорить с Фантомом. В конце концов, бывший раб никак не мог заставить лучшего убийцу короны что-либо рассказать, если тот сам не хотел.
На этот раз Наиль добыл дикого тетефа. Он был чуть меньше домашнего, но парень надеялся, что вкус будет даже лучше, чем те птицы, купленные у хальминского старика. Он ощипал птицу еще в лесу и принес отцу уже готовую тушку, а еще приличное количество съедобных грибов и несколько пряных трав, которые можно было заваривать и пить в качестве чая.
К его приходу костер был уже разожжен. Парень вручил тетефа и все остальное и до того, как отец снова попытался задать вопросы, поднялся, подхватил клинок и взялся за тренировку.
Его движения были плавными и хищными. Каждый удар, казалось, нес в себе одну цель — убить наиболее быстро и точно. Движение ног, тела, оружия — все было настолько красиво и смертоносно, что Риаз на некоторое время даже залюбовался. Он никогда не видел тренировок мастеров смерти и это действительно завораживало.
Наиль же выполнял приемы с клинком от простого к сложному, чтобы прочувствовать уровень заживания своих ран и способность тела отзываться на каждый навык. К тому моменту, как суп из тетефа и жареные грибы были готовы, парень с легким неудовольствием поморщился под маской. Внутренние повреждения все еще отзывались болью, приходилось быть осторожным в некоторых поворотах и взмахах. Кажется, понадобится еще пару дней для полного выздоровления.
Риаз разлил по походным тарелкам горячий суп. Наиль принял свою еду и немедленно скрылся за иллюзией.
«Долго ты еще будешь бегать от этого разговора?» — поинтересовался Зиргрин. — «Никогда вроде не был трусом».
«Да понимаю я все», — огрызнулся парень.
Риаз, который явно хотел поговорить за едой, увидев исчезновение Фантома, только тяжело вздохнул. Он был умным человеком и легко догадался, что убийца его избегает. От этого становилось страшно. Внутри мужчины все переворачивалось. Что с его сыном⁈
Когда Наиль проявился с пустой тарелкой, пожилой мужчина рухнул ему в ноги.
— Господин Фантом! Умоляю!
— Что ты делаешь⁈ — с гневом поинтересовался Наиль. — Поднимись!
— Нет! Можете убить меня, господин Фантом! Делайте со мной что хотите! Но я не поднимусь, пока вы не ответите, почему не говорите ничего о Наиле? Если он на государственной службе, почему вы не говорите — на какой⁈ Что с ним? Он болен? Что происходит?
— Поднимись с земли! Не болен он! Все с ним нормально! — вырвал стопы из цепких рук мужчины парень, ловко отшатываясь на несколько шагов.
— Тогда почему? Почему вы о нем не говорите?
— Да потому, что я не знаю, как об этом сказать! — рявкнул Наиль. — Не знаю, как тебе сказать, что я и есть Наиль!
Парень сорвал с лица маску и отбросил капюшон. Его эмоции били через край, что отзывалось на Зиргрине, но тот терпел.
— Ч-что… — Риаз широкими глазами уставился на лицо Фантома.
— Ты в последний раз видел меня совсем ребенком, так что, наверное, и не узнаешь теперь, — уже более спокойно произнес Наиль. — Твой сын не стал государственным служащим. Я убийца! Цепной пес! Вот кем я стал! Как мне было сказать тебе об этом⁈
Риаз узнал. Наиль сильно вырос, возмужал, но основные черты лица были все теми же. Это было лицо его сына. Все те же золотистые волосы, бездонные зеленые глаза, взгляд которых теперь был тяжелым, пронизывающим и холодным, удивительно красивое лицо, которое смотрелось совершенно неуместно на фоне костюма первого номера королевской разведки.