— Рад встрече, — улыбнулся Наиль. — Пришел взглянуть на ваши успехи. Смотрю, вы неплохо справляетесь?
— Хвала Великому Змею, рабочих рук теперь вон сколько, — указал жрец на многочисленных рабочих, принимавших участие в строительстве. — Кто за оплату трудится, а кто — в благодарность. Тех, кто в благодарность — больше.
— Нужно ли что-нибудь?
— Денег не нужно, — сразу же покачал головой с улыбкой Тафий. — Прихожане жертвуют, всего хватает. Хотелось бы доставить для статуи цельный камень зульт метров шести, да только главный храм помогать отказался, а сами мы на магов выйти не можем. Станут они крестьянский люд слушать? А без магов такой большой камень сюда не доставить никак.
— Это для статуи? Хотите переплюнуть столичный храм?
— Само собой. Это же место явления бога! Как можно не почтить должным образом?
— Понял. Дай мне перо и бумагу. Будете говорить с магами от моего имени.
— Спасибо, — поклонился жрец, вызвав волну удивленного гула от внимательно наблюдавшего за их разговором народа. — Пройдем в мой дом, там есть все нужное.
— Оставь поклоны, за что ты меня благодаришь? — отмахнулся Наиль.
Позаботившись о нуждах храма, парень вернулся на винодельню. Эйфин к этому моменту уже был собран в путь. Готовилась к отъезду и немалая процессия из его женщин и гвардии, но они возвращались в столицу.
Наиль прошел в свои покои и стал переодеваться в военный мундир. Он был офицером Восточной Армии и не мог появиться в гражданском.
Магия воздуха идеально разгладила каждую складку помявшегося мундира. Переодевшись, Наиль выглядел образцовым офицером. Осанка, взгляд, походка — все в нем соответствовало его статусу. Всему этому он научился естественным образом у других офицеров за время службы в армии.
В тот момент, когда Наиль застегивал последнюю пуговицу, в дверь нерешительно постучали.
— Войдите, — произнес парень, прекрасно зная, кто хотел с ним увидеться.
В комнату вошел принц Эйфин, сразу же плотно прикрывший за собой двери. Увидев совершенно изменившегося Наиля, он на мгновение даже споткнулся. Ранее парень, хоть и позировал ему в мундире, но от него не веяло холодом и скрытой опасностью. Сейчас друг казался совершенно чужим. От одного его взгляда хотелось вжаться в ближайший угол и не высовываться.
Эйфин преодолел влияние, которое оказывал сейчас Наиль на его мнительную натуру. Он подошел к нему. Наиль стоял с заложенными за спину руками и молча наблюдал за приближением принца. Он уже понимал, что Эйфин, наконец-то, решился обратиться к нему.
— Я пришел просить о помощи, — очень серьезно произнес Эйфин, после чего опустился перед Наилем на колени. — Прошу, помоги мне.
— Какого черта ты творишь? — рыкнул шокированный парень, поднимая принца с пола. — Ты же член королевской семьи! Что будет, если кто-то узнает об этой выходке? Хоть иногда думай не только о себе, но и о других!
— Прости… Но я просто не знаю, как еще обратиться к тебе и не ощутить себя так, будто пытаюсь использовать тебя.
— Все хорошо, Эйфин. Даже если бы ты не попросил — я бы и сам помог тебе устроиться. Ты же не думал, что я оставлю тебя в беде?
— Нет, — замотал головой принц. — Не нужно меня устраивать. Ты ведь командир батальона, возьми меня к себе.
— Ты хочешь служить у меня? — Наиль был так потрясен, что не знал, как реагировать. Этот Седьмой принц умудрился вывести из равновесия даже его тренированный разум!
— Да. Мне не нужно поблажек, не нужно особенного отношения. Я просто хочу выжить! Меня убьют, Наиль. Кому еще я могу довериться, если не тебе? Помоги мне, я не хочу умирать!
— Мне все время казалось странным, что тебя эти покушения никак не трогают. Каждый раз ты вел себя так, словно ничего такого не произошло.
— А что еще я мог сделать? Что мне оставалось? Начать паниковать? Прятаться, словно крыса в какой-нибудь норе? Не хочу. Мне придется пойти служить, это приказ короля, его не избежать даже мне. Но там достать меня убийцам станет еще легче. Я должен выжить, Наиль.
— Допустим, не будет проблемой достать для тебя кольцо личины. Но с ним тебе можно поступить в любое подразделение.
— Ты не хочешь брать на себя ответственность за меня?
— Ваше высочество, — вздохнул Наиль, присаживаясь в кресло и задумчиво складывая перед собой пальцы «домиком». — Дело не в страхе ответственности. Под моим началом каторжане. Каждый из моих бойцов — это смертник или каторжник, подписавший духовный воинский контракт от отчаяния. Они все — очень порочные личности, которых приходится жестоко дрессировать, словно свору диких злых собак. Как вы предлагаете поместить вас в подобные условия к таким опасным ребятам?