Оставались еще принц Виор и принц Итар. Эти двое… Виор всегда был странным. Едва отслужил в армии, как попросил у короля имение, где и скрылся, увлекшись разведением коров и овец. Так ли это? Если подумать, то какое удобное прикрытие для занятия темными делишками. Хотя, он своим уходом лишил себя влияния при дворе. Ничем не лучше Эйфина. Хотя у Эйфина сторонники все же имеются. В конце концов, его шумные попойки всегда привлекали знатную молодежь, а многие старики неожиданно очень ценили брата как скульптора. В глазах Первого принца работы Эйфина — это просто вульгарная трата жизни на бесполезные вещи. Но так думали далеко не все.
И еще Итар… Главный конкурент Альзарда Третьего за трон. Король одинаково благосклонно относился к ним обоим. Могли ли эти убийцы быть отправлены им? Итар всегда любил действовать в темноте. Даже заручился поддержкой Жнеца. Сам Первый принц, как и его отец, глубоко презирал наемных убийц, но в этой нечестной борьбе за трон он просто не знал, как защитить себя, если не обзаведется темной рукой, которая будет разгребать грязь в тайне от всего мира. В отличие от упрямого короля, старший принц понимал, что нуждается в таком специалисте. И из всех мастеров смерти, работающих на корону, только Фантом обладал навыками, позволявшими ему сравняться со Жнецом. Принц взглянул на затянутую в черный костюм разведки фигуру. Каким бы ни был скверным характер этого парня, он ему был нужен. А что касается характера… Все мастера смерти немного безумны. Им и надевают ошейники лишь потому, что без них, даже полностью лояльные убийцы могут в моменты своих безумных срывов сотворить что угодно.
— Я скоро вернусь, — сказал Фантом, снимая с огня котелок с получившимся варевом. — Пейте отвар по четыре глотка каждый час. Если закончится — где взять кору вам известно, как заваривать — тоже.
— Хорошо, — ответил принц.
— Я не подставлял вас. И не подталкивал ментальной магией. Мне самому интересно произошедшее. Вы столь увлеклись попытками меня подавить, что отбросили осторожность. Как и говорил, ваше проклятье в Лесу стало развиваться гораздо быстрее. Даже если не сейчас, то немного позже мы с вами все равно бы разделились, ваше высочество, — произнес Наиль, ощущая в свою сторону подозрения. — Я бы все равно ушел за кимешей один, так как в одиночку моя скорость в Лесу превосходит скорость лошади в галопе на равнине. Мне не было смысла вас травить.
После этих слов Фантом исчез, а Первый принц делал несколько глотков из котелка и задумался. А ведь действительно… Все именно так, как он сказал.
— Проклятые интриги. Как же я их ненавижу.
— Мой принц, — позвал один из рыцарей, только сейчас решившийся что-то сказать. — Можем ли мы доверять этому убийце? Что, если он просто бросил нас здесь?
— Нет, — усмехнулся Альзард, чувствуя, как боль в животе постепенно утихает после выпитого варева. — Он вернется. Кое-что о Фантоме я все же понял. Характер у него скверный, но парень очень верный. Иначе его не боготворили бы в Призрачном Отряде, да и вообще в армии. Понятие чести для него не чуждо, хотя оно у этого убийца какое-то странное.
— Я слышал, что он очень молод.
— От кого слышал?
— Да как-то… — стушевался рыцарь. — Слухи по войскам ходят, а кто запустил их — одному Крылатому Змею известно.
— Вот как… Может, и молод. Узнаем, когда Дарнак передаст мне контроль над его ошейником. Если в самом деле молод, то наказателям не потребуется много времени, чтобы научить его нормам поведения.
— Я думаю, его вообще наказателям не отдавали, — заметил еще один рыцарь, которому после отвара тоже стало легче.
— Очень похоже на то, что Дарнак просто обучил парня воинской дисциплине, — кивнул принц. — Ничего, это все можно исправить.
— Будет ли на это время, мой принц? Если мальчишку еще не ломали, то наказателям потребуется пара месяцев только на это.
— Он ментальный маг, — заметил еще один рыцарь. — Таких за пару месяцев не сломить.
— Демоны знают… Потом решу, как лучше поступить. Может, все же удастся убедить его слушаться, как он слушается Дарнака. А потом, когда все разрешится, можно будет и передать его наказателям.