Его лед всегда жег. И когда-нибудь окончательно сожжет…
Глава 25 “Разговор”
POV Вильмонт
В состоянии «космоса» (без понятия где находилась и куда направлялась) прибыла в Вышку. Рассказать девочкам причину приезда долго не могла, сидела и пялилась в желтую стену перед собой. Показалось, что отрезало язык.
Обречена!? Да!?
Над головой будто гильотина остановилась, и готовилась отсечь бесполезную шею.
Не могла поверить, что это Захар. Как одного паренька можно сопоставить с тем, что узнала. Хаски и Польски не притащили бы туда, не будь уверены в добытых результатах.
Как Дмитрий с такой легкостью убивает…своей рукой… без сожаления и без зазрения совести? Не помещалось в голове.
Затем прошла неделя относительного спокойствия и тишины. Продолжала учиться, Бастарды шушукались по углам, обсуждали Захара и новость о нем. Колдуна и Беатриче не было на занятиях, вероятно, их тоже проверяли.
Газеты не заставили себя ждать, растрезвонили на каждом углу ужасную весть и поливали Бастардов помоями. Нам объявили комендантский час с десяти вечера до семи утра. Отношения между двумя народами всё хуже и хуже.
Хаски звонил. Сам. Мне на сотовый прямо в тот же день, вечером. Он реально думал, что я приеду после всего? И на следующий день звонил и потом, и потом. Поразительное упрямство с его стороны. И своих псин не подзывал ко мне, как раньше. Я поражена. Где его шестерки вечные, Глен и компания?
А если папе рассказать? Он поможет с Хаски, но для этого надо отцу рассказать, всё, что было между нами….Нет. Я не настолько смелая.
На следующие выходные папа попросил приехать в загородное поместье для семейного ужина. Во! Как! Время нашел. Ну ладно, прибуду. К тому же, Шмонт изъявил желание встретиться. Друг отошел. Я бы не отошла точно…
Но не буду жаловаться, это прекрасно, что меня простили. Поэтому обязана с ним встретиться.
В субботу появилась ближе к обеду в загородном доме. Как оказалось папа был один. А где все, думала семейный ужин? Поговорили немного, но как-то папа напряжен и немногословен, и к вечеру разошлись.
Я забыла сказать, что намеревалась поужинать с Ленькой и поговорить по душам, думала сейчас доложить отцу о намерении.
На телефоне завибрировал сигнал о сообщении от Шмонта.
«Заколебала» — я очень люблю опаздывать.
«Иду» — коротко ответила, сбегая по лестнице.
Легкий свет встречал по ступенькам. Дома насколько знала был только отец, но он работал в кабинете поздним вечером. Очень удивилась внезапному появлению отца передо мной в конце лестнице. Он вынырнул прямо из-за двери своего кабинета.
— Аня! — громко озвучил папа, преграждая путь. Резко притормозив, чуть не завалилась на перила от неожиданности.
— Что? — удивилась, оглядев беспокойным взглядом мужчину перед собой в спортивном костюме, значит вне дел. Расслаблен. Приобняла его за плечи, благо высота на две ступеньки позволяла быть выше родственника.
— Разговор есть, — это было сказано отцом очень тихо.
— А до завтра не подождет? Я сегодня на танцы собралась, и улыбнулась своей одной из самых ласковых улыбок.
— Сейчас! — отец отошел назад и приоткрыл дверь на максимум. Я, неопределенно пожав плечами, зашла.
Мой мир сдох на месте, от радиации, от яда, сквозившего по периметру кабинета.
Улыбка очень медленно сползла с лица, если бы могла думаю уползла в пол, под плинтус и даже ниже в преисподнюю.
Я выбирала, как правильнее отреагировать:
Охо-хо-хо-хо!!!
Второй вариант Аха-ха-ха-ха-ха!
Или просто Хи-хи-хи-хи-хи! Как маленькая девочка.
А лучше вариант, сука, выпрыгнуть в приоткрытую створку окна. Но я к сожалению, голову не сломаю, первый этаж все-таки. И простите за мой Баллийский!
Два отца — это раз, мужчина и женщина — это два. Сегодня 1 марта — и кое-кто должен был объявить о дате своей свадьбы. Какого Бастарда он здесь!?
— Таааааааак, — протянула, глядя на Диму, а тот на мимо, словно я пустое место и стол с бумагами для него более важны, чем я. — Слишком много мужчин на один квадратный сантиметр меня, — пошутила. Что и следовало ожидать никто не отреагировал.
— Садись, Анна, разговор долгий будет, — о Сергей Хаски даже улыбнулся мне.
Не похож на сына, разве что улыбка такая же очаровательная. Мужчина взглядом указал на диван, где сидел Дима, закинув свою ножищу на другую, место с ним достаточно для меня. Понятна расстановка сил. Напротив Димы — мой отец на кресле, а сбоку его.