Настал ужас, когда орава Страдовцев, тех кого я знала в другой жизни зашли в беседку из зелени, оглашая округу гомоном десятков голосов. Словно горло сдавила невидимая рука и сжимала, сжимала крепче, заставляя едва ли не хрипеть.
Не отводить взгляда. Ты же Анна Вильмонт. Возродившаяся Анна Вильмонт.
— По-моему Аня твое «платьице» большая ошибка, — насмешливо прошептал на ухо брат. — На нас пялятся Страдовцы.
— Наверное, им тяжело принять Бастарда — Аристократа. Эти вещи никогда не совмещались ранее, — потянувшись лениво в клатч, достала телефон, мечтая хоть туда спрятать взгляд.
— Здорова, братцы и сестры! — сзади прихлопнула по плечу тяжелая рука друга Павлика. Один из лучших друзей. Вторая рука точно также хлопнула моего брата.
— Анька, какой видок сверху! Давай скрасим сегодня наше общее одиночество! — я привыкла к этому да и он привык, что я часто посылала его по матушке, сегодня не было настроения. Без ответа оторвала правую руку и показала в лицо мужчине средний палец. Да. Бываю жестковатой.
— Мдда, — протянул очередной кабель на мою голову. — Манеры, как и раньше. Пашок у меня отличный план созрел, — и этот мистер начал бубнить нам с братом на уши. Я не слушала, глаза вперила в телефон.
Что ты чувствуешь, Хаски? Ты хотел найти пропажу, вот она я. Найденная потеря. Зачем я тебя была нужна? Неужели действительно пожалел о продаже рабыни или это очередной трюк Польски? Не похоже на уловку, если бы так, то Санек еще несколько дней назад заявился ко мне домой с целью рассекретить. Нет. Позволил самой вернуться и по всей видимости до столкновения в коридоре не знал, кто я.
За ужином было поспокойнее, люди смотрели представление. Стол Хаски с правого бока по центру, и мы не могли пересекаться взглядами даже при желании.
Мерси торжественно проговаривал заученную речь, иногда подглядывал на подсказки-карточки в руках. Награждал заслуженных людей города. «Певцов, военных, бизнесменов». И кто вы думаете самый молодой и талантливый бизнесмен?
Очень сильно в момент известия сжала челюсть на вилке, от этого зубы свело судорогой. Вздрогнула и схватилась за правую щеку, оберегая от дополнительной боли.
— Что случилось? — заботливо спросил брат.
Боясь принести лишнее неудобство челюсти, ответила очень шепеляво:
— Кто бы сомневался. Своему зятьку.
— А ты про Димана, — брат приобнял спинку моего кресла и наклонился, шепча на ухо. — Он тот еще зануда. Вечно бумажки свои, планшеты, телефоны, как у него в мозгу столько информации помещается? И вообще оно ему надо? Робот, как наш папаша. Иногда подумываю, что он импотент. — еще более тихо поведал брат.
Если бы во рту был кусочек мяса и я его жевала, то вероятно подавилась, но поскольку успела до произнесенных слов проглотить пищу — осталась жива и здорова.
На плече ощутила мягкую ладонь, а на щеке поцелуй.
— Приветик, — шепотом обозначил Шмонт.
Он слегка согнулся к нам, чтобы не нарушать торжественную речь Дмитрия Сергеевича по поводу его успешной деловой карьеры. Лёня пожал руку братцу, тот с шуткой очень сильно сжал предложенную пятерню. На что Шмонт прошипел, как раненный зверек, и оскалился:
— Недоумок!
— Давай-давай, — помахал пальцами Паша, прогоняя назад друга туда, где стояли остальные столы позади.
— Вообще-то она, — ткнула мне в плечо Лёня. — Моей женой скоро будет, родственничек!
На столь ехидно сказанной фразе Шмонт удалился и оставил моего брата с вытянутым лицом.
— Я надеюсь он пошутил, Аня?
— Вроде нет, — ответила я, глаза спрятала в тарелке, в еде и пыталась жевать. Бееее. Как-то нет аппетита.
Когда концерт закончился, взрослые принялись обсуждать интересующие вопросы, на самом деле, как дедки и бабки сплетничали. Демонстративно шутили, потому что среди приглашенных обязательно затерялись фотографы и видео операторы. Крупные по масштабу вечера снимались на камеры, а завтра будут транслировать обычным гражданам на всю Немию.
Лёнька пересел за наш стол, очень мило разбавлял атмосферу молчания с моей стороны. Они с Сашей обсуждали какой-то случай, с упавшей на подиуме девицей. Оба оказалось знали ее. В красках описывали, как модель растянулась с туфлей на голове и задранной по самое не балуйся юбкой.
Мое время настало внезапно. Сердце начало выбивать грудную клетку изнутри, когда двери, ведущие в зал закрылись за последним представителем взрослых. Еще минут десять и парковка опустеет перед резиденцией.