— Бокалы проверь еще раз, на всякий случай! — просит мама, бросая взволнованный взгляд на часы.
Знаю, что с посудой, как и с остальным, все в порядке, но для ее успокоения проверяю.
— Ой!
Вздрагивает, когда слышит, как открывается входная дверь.
— Дарин, картошку сними с плиты! Я сейчас вернусь, только гостей встречу и за стол посажу, — спешно снимает фартук и взбивает пальцами волосы.
Сегодня мама позволила себе укладку в парикмахерской. В честь праздника и приезда гостей.
В квартире становится довольно шумно. Друзья отца прикатили из Новосибирска, чтобы поздравить его с днем рождения.
Мама появляется в кухне минут через десять. Я к тому времени уже успеваю справиться с пюре. Оно, кстати, получается воздушным как никогда.
— Все, беги переодевайся и за стол. Мясо я сама дожарю, — улыбается она. — И Дарин, давай понаряднее как-нибудь. Платьице может, волосы распусти.
Вскидываю бровь.
Чего это с ней?
— Ма, — внезапная догадка бухает по голове будто кирпичом. — Только не говори мне, что Мышинский-младший тоже там!
— Конечно Володенька там, а что с лицом? — интересуется, принимаясь хлопотать у плиты.
— Я не выношу его, ты же знаешь.
— Перестань, Дарина! Так нельзя! — ругается, помешивая мясо на сковороде. — Иди, переоденься. Тебя все ждут.
Не люблю я посиделки с Мышинскими, но приходится терпеть. Отец дружит с дядей Геной уже лет пятнадцать. Вместе на одном заводе работали, до тех пор пока мы не переехали в Москву.
Жена дяди Гены, тетя Галя, шеф-повар по профессии. И каждый раз, когда эта тучная женщина с каре, занимая два стула, восседает за нашим столом, начинается примерно одно и то же. Она принимается давать матери свои бесценные кулинарные советы, всячески намекая на то, что готовим мы «не ахти».
— Алексей, убери телефон! — снова обращается к брату отец.
— Минуту… — недовольно отзывается тот, не отрывая взгляда от экрана.
Опять что-то монтирует, и семейный праздник явно доставляет ему ряд неудобств.
— А наш Володенька к гаджетам равнодушен, — сообщает тетя Галя, любовно поглаживая сына по макушке. — Наука привлекает его куда больше. Верно, сынок?
— Верно, мама, — Мышинский-младший поправляет очки с тонкой золотистой оправой.
— Где-то читала, что дети от них тупеют.
— Ну и бред.
— Леша! — мама посылает ему красноречивый взгляд.
— Что? Да наша жизнь невозможна без гаджетов, — фыркает брат. — Очнитесь, они повсюду.
— Я бы поспорил, но не буду, — подает голос Мышинский. — Большинство представителей нашего потерянного поколения мыслят весьма ограниченно и плоско.
— Сам ты ограниченный! — злится Лешка.
К слову, брат, как и я, терпеть не может это семейство.
— Алексей! — отец стучит кулаком по столу. — Следи за языком.
— Пусть этот рафинированный гений тоже за своим следит!
— Оо, — тетя Галя кривит губы.
— Володя, как твои успехи в учебе? — мама тем временем пытается сгладить углы.
— У Володеньки все прекрасно, — по традиции принимается отвечать за сына Галина. — Идем на золотую медаль, планируем сдать ЕГЭ на сто баллов и поступить в МГУ. Наташ, а что так дует? Балкон открыт? Нам нельзя простывать, у Володеньки конференция на носу.
— Все закрыто. Что за конференция?
— Для молодых, перспективных и продвинутых, — горделиво поясняет она. — Ах да, забыла рассказать вам о самом важном! Володенька работает над разработкой лекарства нового поколения. Будем патент оформлять.
— Надо же….
— Пока детали озвучить не могу, сами понимаете, тайна, — многозначительно улыбается. — Но это будет настоящий прорыв в медицине!
Как всегда, преувеличивают…
— Потрясающе, — восхищается отец. — Молодец!
— Надеюсь, это действенные таблетки от диареи? — хохочет Лешка. — А то вечно туалет занят, когда вы, Мышинские, приезжаете.
Галина Ивановна возмущенно вздергивает нос и, заливаясь краской, таращится на мать.
— Иди к себе, Алексей! — разносится по квартире громогласный рев отца.
— Да с удовольствием, — брат резко поднимается из-за стола.
Думаю, этого он и добивался. Хитрец, со мной этот номер не прокатит…