Он прошелся по сцене и театрально развел руками, когда погас свет. Теперь оставшееся освещение на автономном питание было направлено исключительно на выступающего. В зале мелькали огоньки — экраны личных терминалов.
— Полет в столь дальние космические глубины без сомнений величайший подвиг. Ваши имена будут вписаны в историю навсегда. В историю нашей планеты!
«Моей планеты» — подумал он про себя.
***
Колфин не поверил своим глазам. За сидящем на кресле Новаком стояла Кэт. Обворожительная и строгая, она смеется и смотрит прямо на него. Он огляделся, но никто на нее не смотрел.
— Вы ослепли? — спросил он, но никто не обратил внимания.
— Ладно, пора заканчивать, — проворчал Чеслав и начал рыться в карманах своего комбинезона, точнее, в местах, где их быть не должно. В конце концов, выудил информационный носитель и соединил его со своим терминалом. — Так-так, что у нас тут. Дайте минуту.
— Что ты задумал, Новак? — спросила Диана.
Кэт осуждающе качнула головой, смерив ее презрительным взглядом.
— Говори, — сказал ей Микки.
— Знаешь, милая, я подготовился к полету в эти долбанные дали, — довольно произнес Чеслав. — Выведал у знающих людей кучу неприятных фактов о нашем узурпаторе местного масштаба. Угадай, какой эффект произведет на общество подобная информация? Это будет бомба!
— А ты хорош, — слабо улыбнулся Денис. Еще мгновение назад казалось, что он совершенно упал духом.
Она отвернулась от Микки. С ее плеча спала лямка блузки, обнажив ухоженную безупречную кожу. Рука поднялась, в пальцах зажата неизменная платиново-иридиевая карта земного гражданства, на краю блестящей поверхности белые следы. Он сглотнул.
— И что мне делать?
Его вкрадчивый голос на этот раз услышали все. Четыре пары глаз впились в него взорами.
— Пожалуй, примешь непосредственное участие в нашем спектакле, — проговорил Новак.
***
— Будьте бдительны, враги все еще среди нас, готовятся погрузить наше справедливое общество в хаос. Мы этого не допустим, будем бороться с ними — и победим!
Четверть зала, встав, аплодировала ему. Еще четверть внимательно слушали. Половина недоуменно переглядывались и шушукались. Им придется принять новый порядок, осознать свое истинное положение. И если они не будут лояльны, то их участь станет незавидной.
Критическая масса уже была за него, а большего пока и не нужно. Сомневающиеся прогнутся, протестующих сомнут. Он достаточно просто и эффективно им объяснил, технологии манипуляции человеческим сознанием разрабатывались веками и ни на йоту не устарели. Люди уже почуяли запах крови, древние инстинкты проснулись в их подсознании.
— Подлый заговор разрастался как раковая опухоль. Мне удалось выяснить планы постройки такого же несправедливого общества, которое было там, откуда мы убрались. Потому мы сказали: «Хватит с нас»!
«Хватит с нас»! — раздались тихие одиночные выкрики. Последние из них были неуверенны. Пока еще неуверенны.
— Мы не хотим жить так! Мы построим новое, справедливое общество, равные среди равных, достойные среди достойных приведут нас к богатству! — Нил перевел дух, — И процветанию!
— Да! — раздались уже более уверенные выкрики, — Веди нас!
— Я раскаиваюсь, — с прискорбием произнес он. — Мне пришлось снять с капитана Винсента Райзера его полномочия. К сожалению, он не собирался мириться с тем, что мы хотим жить свободно. В том, что его больше нет с нами, я раскаиваюсь.
— Раскаивайся глубже, мудозвон! — раздался глубокий, вкрадчивый, хорошо поставленный голос.
Не ожидавший такого поворота Нил инстинктивно обернулся. Он знал, кто говорит. Обладатель голоса был известен в Солнечной и стечением обстоятельств оказался на «Арке». Но сейчас Колфина не должно быть слышно, не во время триумфа Баркли.
Отключив свой микрофон, он посмотрел на техников, с удивлениям взирающих на звуковую аппаратуру.
— Немедленно убрать.
Но те лишь развели руками в ответ.
— Мы не понимаем, откуда сигнал. Если он идет по основной корабельной сети, то мы ничего не можем сделать.