…возвращаясь к джонке, экипаж которой массово радовался виду далекой земли, предвкушая нормальную воду, отдых на твердой земле и нормальное мясо: кто и когда выпустил на остров свиней, история умалчивала, но хрюшки успешно адаптировались к местным условиям и два года назад, когда джонка капитана Бута заходила сюда, загнанная настигающим циклоном, порадовали людей своим поголовьем и упитанностью. И теперь…
— Кэп! Дым над островом!
…проклятье! Они тут оказались не первыми. Плохо. Плохо-плохо-плохо: со сбитой главной мачтой джонка становится неповоротливой, хотя по-прежнему сверх-надежной (для судна из дерева) лоханкой. И тем более джонка торговая — точнее, как бы сказать «общего назначения»: ни один порт Королевства Наррона не примет частный военный корабль. Точнее, радостно примет — и не отдаст, разумеется. А вот у «искателя приключений» могла быть игрушка и получше: ведь не смотря на то, что Бут не чурался абордажей, да и разорить деревню-другую отсталых дикарей с островной гряды крайнего юга был не прочь (вооруженных мечами и слабыми луками краснокожих неудачников на одномачтовых лодках даже без палубы, что любили украшать свои плавсредства резными головами-тотемами несуществующих монстров сами боги Пантеона велели грабить!) он все-таки в первую голову был торговцем и контрабандистом. Проклятье!
— Кирэн, можешь определить, откуда дым? — Глазастый марсовый вновь забрался на мачту — в этот раз с капитанской зрительной трубой. Только бы повезло, только бы повезло, только бы…
— Дым с другой стороны от вершины!
Да-а! Единственное удобное место для добычи и спуска к берегу строевого леса! А вот бухта — единственная большая и надежная — с этой стороны. Корабль идет с запада, и заходящее солнце слепит наблюдателей, которых, конечно же, выставили… что ж, теперь — богиня Удачи не подведи! Их, разумеется, заметят скорее всего в нескольких милях от берега — но на корабле сейчас хорошо если треть команды, а скорее всего — трое-четверо дежурных: кто-то же должен лес валить? И вряд ли моряки с радостью променяют лесной воздух на затхлый, осточертевший трюм. И богиня не подвела — более того, ее подарок был более, чем щедрый! Намертво закрепленный на четырех разведенных якорях, со снятыми парусами и реями (про иной, чем привычный бегущий такелаж у «Морского охотника» Бут даже не догадался), незнакомый, но явно военный корабль выглядел как поданный на обед деликатес: только и просит, что бы съели!
— Одиночное движение на палубе противника!
— Приготовить крючья!
— Кэп, на острове что-то странное с лесом… — Попытался уже не в первый раз достучаться до сознания капитана штурман… и был послан — к долбанной морской селедке! Лес-поле-хренотень… какая к подводному Царю разница, если тут такой приз! Поврежденный (видимо с другого борта), правда, но починить-то его плотники могут что угодно. Ух, какая добыча!
— Крючья! Тяни!! На борт, волки!!!
— АРААААА!!!
…последнее, что почувствовал капитан Бут, прозванный еще в бытность матросом «Громилой», прежде, чем провалится в удушливое беспамятство — необычайно-тонкий аромат незнакомых цветов.
46
Говорят — история движется по спирали. Похожие ситуации и события вынуждены повторятся через определенный промежуток времени — как будто этакий экзамен на то, что мы вынесли из предыдущей ситуации. Учится на прошлом — отличный способ двигаться вперед… но, Господи, как это иногда мерзко! Мерзко и страшно! Можно каждый раз говорит себе: так нужно, у тебя нет выбора… или, что ступив на путь и оступившись ты обесценишь все свои достижения, и достижения всех тех, кто тебе доверился…