…Согласно ранее разработанному плану, Бут перешел со «Славы» на «Отечество» час назад, и малый тримаран теперь шел впереди, задавая курс. Именно «Отечество» войдет в островную гавань-лагуну, мы же останемся на внешнем рейде, недоступные для пушек противника, зато сами ему весьма опасные. Капитану же придется сунутся в самое пекло: его тут знали, нужно было, что бы местный барончик первым нарушил местные же неписанные правила. И наш сумасшедший шкипер согласился участвовать в довольно опасном плане чуть ли не с радостью! Отправленные голуби, кстати, нам весьма помогут — лишнее доказательство скорости наших судов. Маловероятно, но, может быть удастся договорится мирно? Для показательной порки… в смысле — демонстрации силы решено было «нагнуть» сразу крупного островного наркотического «царька»: остров, где собирались для отплытия к «большой земле» конвои джонок. Совершенно пустой в плане «гостей» сейчас, через неделю после окончания сезона дождей — разве что какой китобой заплыл. Потом — отвезем желающих покинуть ставший неуютным для некоторых приют на пару островков-промежуточных пунктов «большого маршрута дури» поменьше и высадим — с новостями. Заодно — доставят сообщения: видеть в нас не конкурентов, а деловых людей: забрали свое, на других не покушаемся…
…кажется, голубиное сообщение не то, что бы не приняли всерьез — скорее, восприняли как «на борту все обдолбались»: когда «Отечество» влетел в гавань, там как раз поднимал паруса один из причаленных у длинного пирса сторожевиков. Обводы, скорость и наглость, с которой чужой вошел в их лагуну явно заставили потомственных бандитов растеряться: береговая батарея (из целых двух пушек) даже попытки предупредительный залп сделать не предприняла. Пока сторожевик заново отдавал швартовые, а на берегу возникла совершенно дурацкая суматоха, кэп и десяток матросов с барабанными карабинами уже были на берегу: задержать их не смогли. Разумеется, не сезон — местные, эгхем, «солдаты» небось заливаются до бровей (запасы пока ломятся от «платы за постой»), или вообще на полях. В качестве рабочих или надсмотрщиков — это, конечно, еще — но для нас не важный. Эгей, а вот и «барон» — разумеется, если твой «дворец» (или даже замок) — большая хижина под кровлей из листьев пальмы, то надо постараться встретить возможные проблемы на берегу.
Слышно нам, разумеется, ничего не было — почему в какой-то момент баронская охрана дернула свои кремневые ружья и потянула сабли и пистолеты было непонятно, но выстрелить они толком не успели: пыльца, асфиксия — а тех, кто падал слишком медленно, хладнокровно расстреляли матросы Бута…
— Наш черед. — Рокс, весь издергавшийся оттого, что вынужден был остаться далеко от центра событий, отдал команду даже раньше, чем из толстой трубы вылетела красная сигнальная ракета. — Цели — ранее обозначенные: крыши на севере, это казармы, баронский дом и навес-общежитие морских пограничников. Давай!
— Есть. — Лима и я закрыли глаза, отдавая команды и «смотря» теперь с фито-глаз на носовых обтекателях управляемых противокорабельных ракет, подвешенных «по-самолетному»: под высокие «крылья» палубы между корпусом и поплавками. — Старт!
Несущаяся вода, буквально мелькающая земля и цель впереди… контакт! Еще… контакт! В большом мониторе, выводившим изображения с пятиметровой параболической фарсеты было прекрасно видно, как над водой у пирса и среди тропической зелени поднимаются вверх столбы пламени инициированных объемных взрывов, а залегшие на песке арковцы, рядом с которыми не прогремело ни одного взрыва, хладнокровно отстреливают уцелевших и контуженных. Извините, ребята — вы, конечно, нам почти ничего не сделали лично, но… жить всем хочется. Быстрые корабли так или иначе перевернут баланс сил и вызовут кровавый передел влияния и собственности, увы — мы просто сделали свой шаг первыми. С другой стороны — десять лет, и корабли Святослава будут чувствовать себя здесь уже достаточно уверенно, что бы навести порядок собственной рукой… точнее, могли бы чувствовать, но не теперь. Теперь, когда Империя доберется и сюда — тут будет все по-другому: так, как мы когда-то обещали. Сунувшему руку в наш костер — ожоги до костей! Рука, правда, будет в латной перчатке — ну мы и огонь разводим для того… побольше.