Она бродила по зале, трогала руками все, что заблагорассудится: теперь некого было опасаться. Арка опять манила, Ханна присела напротив и вновь стала вглядываться в мрачное ее содержание. Она увидела лица четырех стражей, они висели в белом пространстве в ряд. В этот момент она поклялась никогда не пытаться познать то, что находится за горизонтом, который не дано постичь никому. Ханна вернулась в комнату со столом и «гробом».
Она легла в свой «гроб» и стала ждать окончания сеанса. Сколько времени прошло?.. С величайшим ужасом девушка вылезла и приковала себя к столу. Она ощутила всем телом своим боль тех, кто корчился здесь под воздействием игл, и принялась молиться. Потом выдохлась, успешно попыталась выбраться. Она шла по коридору, откуда пришли существа, потом нашла пустую комнату, в углу которой стояли урны с пеплом. Ханна съела горсть пепла, решив повторить ритуальное съедение, характерное для этих существ, тем более, что ее уже кормили пеплом перед тем, как она оказывалась в реальности – и очнулась, увидела пред собою очертания знакомой палаты и неожиданно живую, улыбающуюся Эмму.
– Видела арку?
– Видела.
– И как она? Кстати да, это не настоящая арка. А кольца там были? – интересовалась будто бы не поврежденная рассудком от очередного сеанса девушка.
– Эй, я вообще-то тоже здесь, – напомнил о себе доктор Шнайдер.
– Кольца видела, видела странный ритуал… и я не шагнула в арку.
– Расскажите и мне! Давайте пойдем в кабинет… – начал было любопытный Альберт...
– Ведите куда хотите. Я все равно больше не беспокоюсь за Ханну, – по-взрослому сказала Эмма Шепард.
Девушек отвели в кабинет: Альберт боялся проводить измерения, которыми занимался его друг, самостоятельно. Эмма была слегка уставшей, но довольной. А вот Ханне и правда требовалось серьезное восстановление, хотя она тоже была весела и не выглядела больной.
– Так вы говорите, арка? – спрашивал доктор. – А какая она из себя?
– Ханна, опиши.
– Огромная, за ней – большая, сложная машина наподобие аттракциона в парке развлечений, если бы его строили ученые. Какие-то странные люди пытались понять, что за ней, убили ради этого пленника. Растворили в воздухе. Прах отнесли в машину, а потом что-то открыли – и шагнули за горизонт, – рассказывала девушка.
– Вот как… Ты что же, видела арку ранее? – спросил доктор у Эммы. Та задумалась.
– Я всегда знала, что она существует. Ханна, ты же съела пепел, чтобы выбраться?
– Я молилась, – ответила Ханна. – Потом нашла горсть пепла и съела его, как эти существа.
– Значит, мои предположения верны. За этой аркой – Открытость, Иное. Я говорила мистеру Петерсону, что меня создали существа, состоящие из нее. Это они и были. Но зачем им такая Арка, если они могут создать настоящую?..
– Тебе приходили видения в детстве? – внезапно спросил Альберт.
– Да, было дело, – созналась Эмма. – Я многое знаю об их мире, но никак не могу понять, как они себя называют. Как они определяют себя…
«Вот это галлюцинации…» – подумал Альберт. – «Такие интересные и необычные… Но я, увы, ничего не понял».
Джорджия караулила пациентов, играющих в карты. Марк подрался с Фрэнком из-за очередного проигрыша, и их пришлось разнимать и фиксировать. Кристина забралась на кресло, вытянулась во весь свой огромный для ее возраста рост и присматривалась к кривой тени, которая стала еще кривее, когда девушка приблизилась головой к люстре в форме лилии. Оливия сидела на полу в углу, листала «Трое в лодке, не считая собаки» и иногда улыбалась сама себе. Доктор Петерсон поспособствовал тому, чтобы книг в гостиной было много, и самых разных, в том числе авангардная поэзия, известные литературные шедевры и «пэйпербэксы» на любой вкус. Хэнк читал «Имя розы», сидя на диванчике рядом с оставшимися играющими. Играли они тихо, поэтому не отвлекали от чтения. Бриджет выиграла в бридж уже второй раз и гордилась, похлопывая себя по пухлым ляжкам. И вот в такую миролюбивую обстановку возвратились Эмма и Ханна.