– Давайте поищем выход, – выдохнула Кристина.
Гостьи отправились на поиски выхода, ощупывая огромную залу, изредка переговариваясь: даже тихие голоса были слышны. Убедившись, что никто не появляется, девушки объединились и начали говорить.
– Вы нашли хоть одну дверь? – жалобно спросила Кристина.
– Нет, но мы еще не смотрели наверх: возможно, стоит подняться выше, – предположила Оливия.
Девушки посмотрели наверх. Вверху была одна чернота, потолки терялись во мраке.
– Нам что, не выйти? – с нотками отчаяния в голосе вопросила Кальтенбруннер, словно бы обращаясь к стенам.
– Стойте, кажется, под нами люк, который мы не заметили, – сказала Ханна.
Девушки нащупали люк и выбрались в какой-то подземный ход. Было темно и сыро, они едва нащупывали дорогу. Неестественно гладкий камень, словно футуристичный, из фильмов Кубрика, из него будто строят космические корабли… Ханна вспоминала, как путешествовала в склеп с ссохшейся женщиной, и там она скользила по такому же камню, Кристина вспоминала погреб, а Оливия – каморку для служанок. У них все помещения отделаны таким инопланетным камнем?
Ход вывел их в центр города. Повсюду были насажены неизвестные черные цветы. Дома были построены как бы наискосок, словно Пизанская башня. Форма у них была самая причудливая, окна часто выдавались над козырьками, под которыми виднелись кривые ступени разных размеров и ширины. Девушки разглядывали дома, а затем посмотрели на небо – на них взглянуло десять солнц разных цветов, словно леденцы-стекляшки.
Оливия заметила пару существ, идущих по аллее примерно в тридцати метрах от них. Она знаком попросила девушек спрятаться за изгородь и прошептала, что нужно понаблюдать за ними. Существа шли спокойно, словно плыли. Девушки приблизились, спрятавшись за огромной вазой. Одно из них было в ужасно длинном платье с оборками, которое волочилось за ней (?) по сухой и пыльной земле, а второе существо – видимо, он – тащилось рядом и прихрамывало. Гостьи подошли еще ближе: у женщины были две искусственные руки, как у Кристины. У него – две искусственные ноги. Он был одет как священник.
– Может, спросим у них, что делать с Кристиной? – прошептала Ливия.
– Ни в коем случае, – шикнула Ханна. – С ними нельзя разговаривать. За ними нужно наблюдать. А чтобы выйти – съесть немного пепла.
Они направились за существами, которые их словно и не замечали. Двигались по направлению к монастырю.
– Эй, это тот самый монастырь! – прошептала Кальтенбруннер остальным девушкам.
Громадина возвышалась над всеми домами диспропорционально, словно была из другой эпохи. Но само оформление монастыря было подходящим: странные цветные узоры на стенах, похожие на иероглифы, состоящие из перекрещенных шурупов и какие-то спирали, линии, загогулины. В центре рисунка находилась десятка солнц, по пять в каждом ряду. От них шли длиннющие лучи, заканчивающиеся либо на земле, либо наоборот – на противоположном конце стены. Стены были высотой около четырех метров. Девушки спрятались за выступ и наблюдали «прихожан». «У них своя вера», – размышляла Ханна. – «Интересно, на какую из наших религий она похожа».
Промозглый ветер забирался под платья девушек (они заметили, что одеты схоже с обитателями этого мира), они принялись пританцовывать от холода и обнимать себя за плечи. Странно, но пар изо рта не шел. Холод был как бы метафизическим, хотя ощущался как всамделишный. Его было слишком много, как и кружавчиков на существах, как кособоких домов, как солнц на ультрамариновом небе. Гости шли и шли, все они были в уже привычных для девушек респираторах. «Здесь ядовитый для них воздух? Тогда зачем они тут живут?» – удивлялась Делапорт. – «Кто они? Почему не разговаривают на человеческом языке, хотя похожи на людей?»
Звук голоса существ напоминал электронную музыку. Чем ближе они подбирались к монастырю – тем громче становился звук. Девушки направились к воротам по пятам за последней парой по пятам и спрятались за какой-то конструкцией, состоящей из полок.
Существа образовали большой круг, в середине стоял новый глава Ордена. Он достал откуда-то сундук, в котором были кристаллы, и раздал их всем прихожанам. Прихожане начали что-то напевать – и кристаллы прямо в их руках превращались в структуры из костей, формой напоминающие октаэдры. Откуда-то из монастыря вырвался поток энергии, раздавший каждому по ядовитой перламутровой звезде. Глаза и рты прихожан стали впадать, а затем превратились в абсолютно черные, зияющие дыры. Их голоса превратились в единый поток электронных мелодий, который невозможно было слушать. Девушки заткнули уши.