— Успокоительное быстрого действия, — пояснил Виталий, глядя, как Артура грубо хватают двое охранников. — Он проспит пару часов, проснётся с тяжёлой головой, но живой. Ваш выбор: уйти с ним и с двумя другими, или умереть здесь все, а она всё равно останется с нами.
Яна стояла, парализованная не страхом, а яростью и бессилием. Она видела, как «Медведь» и Алексей, услышав шум, замерли в конце коридора, понимая, что ситуация проиграна.
— Уходите! — крикнула она им, и её голос в тишине прозвучал хрипло и отчаянно. — Увозите Артура! Сейчас!
«Медведь» смотрел на неё, его лицо исказилось от ненависти и боли. Но он был солдатом. Он понимал тактическую реальность. Кивнув один раз, коротко и жёстко, он с Алексеем бросился к телу Артура, оттащил его от охранников и, взвалив на плечи, побежал назад, к гаражу, увлекая за собой Алексея.
Яна осталась одна перед Виталием и его людьми. Она даже не сопротивлялась, когда к ней подошёл один из «медиков» в халате. Всё её внимание было приковано к удаляющейся спине «Медведя», уносившего её любовь, её якорь. В этот момент второй «медик» быстрым, профессиональным движением вонзил ей в шею маленький шприц-дротик.
Острая, жгучая боль, затем мгновенная волна леденящего холода, разлившаяся по венам. Свет в коридоре поплыл, звуки стали приглушёнными и далёкими. Она увидела, как Виталий что-то говорит, но не могла разобрать слов. Её ноги стали ватными. Последнее, что она успела подумать, прежде чем тьма поглотила её полностью, было: «Аркадий... дети... Артур...».
Её тело бесформенно сползло на пол. Виталий с удовлетворением посмотрел на неё, потом на своих людей.
— Отнести в лабораторию. Осторожно. И подготовить всё для забора первичных образцов. У нас наконец-то есть настоящий, живой, устойчивый субъект.
Её унесли в ту самую скрытую дверь, в ярко освещённую, стерильную комнату с пробирками и компьютерами. А снаружи, в холодную ночь, вырвалась старая «копейка» с тремя обезумевшими от горя и ярости мужчинами внутри, увозя бесчувственное тело Артура. Они бежали, спасая свою жизнь, но оставив позади самое ценное. Их миссия теперь кардинально менялась. Это был уже не побег. Это было начало войны за спасение Яны.
Рассвет застал две машины — старую «копейку» и угнанный у метеостанции «УАЗ» — на последнем подъёме к знакомым воротам «Аркадия». «Медведь» вёл «копейку», его лицо в тусклом свете зари было похоже на высеченный из гранита горгулий. На заднем сиденье, пристёгнутый ремнями, лежал Артур, его дыхание было ровным, но глубоким, неестественным — следы снотворного. В «УАзе» ехали Алексей и несколько спасённых с метеостанции, в том числе тот самый старик-радиотехник и ещё двое испуганных, худых мужчин.
Они несколько раз останавливались в пути, прислушиваясь, высматривая погоню. Её не было. Виталий сдержал слово. И это было страшнее любой погони. Значит, Яна была для них ценнее, чем риск их разоблачения или мести.
Когда ворота «Аркадия», наконец, показались вдалеке, «Медведь» по рации, голосом, полным нескрываемой горечи, произнёс:
— «Аркадий», это «Медведь». Открывайте. Возвращаемся… без Яны.
Их впустили. Машины въехали на плац, и почти сразу их окружили. Тётя Люда, Михалыч, Марина, жители, услышавшие шум. Сначала — радостные возгласы, потом — недоумение. Где Яна? Почему Артур лежит? Кто эти чужие, испуганные люди?
И тут из толпы стремительно, сметая всё на своём пути, вышел Артём. Его глаза, обычно такие холодные и оценивающие, метали искры. Он подошёл к «копейке», распахнул дверь, взглянул на бесчувственного Артура, потом на «Медведя».
— Где она? — его голос был низким, срывающимся, как рвущийся трос.
— Осталась, — хрипло ответил «Медведь», вылезая из машины. Его огромная фигура вдруг казалась сгорбленной. — Их там… лаборатория. Виталий, их главарь… он её забрал. Насильно. Усыпил. Нас отпустил. Обменял.
Слова повисли в воздухе, а затем взорвались. Шоком. Артём замер, его лицо стало абсолютно белым, потом исказилось такой немой, животной яростью, что даже «Медведь» инстинктивно отступил на шаг.
— Ты… БРОСИЛ ЕЁ?! — рёв Артёма потряс утренний воздух. Он вцепился в «Медведя» за разгрузку, тряся его. — ТЫ БРОСИЛ ЕЁ ТАМ?!
— Нас было трое против шестерых вооружённых! — огрызнулся «Медведь», но в его голосе не было злости, только та же самая ярость от бессилия. — Артура выносили! Они бы убили всех! Она приказала уходить!
Марина уже пробиралась к Артуру, проверяя его пульс, зрачки.
— Он под сильным седативным. Придёт в себя через несколько часов. Нужно в медпункт.