Хотя… бывали в ее работе и яркие всполохи. Мила взглянула на букет синих ирисов, салютовавших ей с подоконника. Единственное цветное пятно среди окружающего белолепия. Подарок от странного заказчика. Мила до сих пор гадала, что же все это значило? И тем более удивляло, что спустя столько времени он вдруг вспомнил про нее и прислал цветы…
А дело было так: около года назад позвонил ей человек, представился коллекционером и попросил провести экспертизу древности одного исторического артефакта. Странность просьбы заключалась в том, чтобы экспертизу сделали анонимно, не фиксируя в реестрах центра. Частный заказ, так сказать. Обычно Мила избегала неофициальной работы, но тут предлагали хорошо заплатить, любопытство разыгралось, да и что плохого могло быть в анализе какой-то древности? И она согласилась.
Коллекционер привез артефакт лично: завернутая в мягкую ветошь золотая пластина с выгравированным рисунком то ли ангела, то ли человека в длинном балахоне, что переливал из чаши в чашу тонкой струйкой воду. Рисунок был изящным и очень искусным, а сама пластина напоминала большую игральную карту размером с ладонь. На обратной стороне были начертаны непонятные письмена на неизвестном ей языке. Карточка очень понравилась Миле, ее хотелось держать в руках и разглядывать. Но задача стояла иная – определить состав и возраст.
Каково же было удивление Милы, когда она не смогла справиться ни с тем, ни с другим. Анализ показал, что это был сплав золота и серебра с добавлением неизвестного элемента. Неизвестного элемента! Это же сенсация! Но, скованная договором, она не имела возможности опубликовать результаты. А нарушать слово Мила не привыкла. Что же касается возраста, то пластина, вероятно, хранилась в идеальных условиях, следов разрушения практически не обнаружилось, ей могло быть и двадцать, и двести двадцать, и две тысячи двести двадцать лет.
Однако заказчик почему-то остался доволен, сказал, что на то и рассчитывал. Про результаты просил не распространяться, пластину забрал, так что дальнейшее изучение нового элемента стало невозможным. Мила пыталась объяснить ему важность такого открытия, но коллекционер оставался непреклонен. И Мила отступила, не в ее правилах было спорить и давить на людей, тем более незнакомых.
Она вернулась к своей рутинной работе, изредка вспоминая о необычном заказчике. И вот на днях он снова объявился, вручил букет ирисов и золотой кубик с выгравированным символом נ, сказал, что это подарок и что кубик из того же сплава, что и пластина. Он разрешил Миле исследовать материал лишь с одним странным (опять) условием: экспериментировать с элементом можно, но не ранее чем через семь дней, а до этого Мила должна носить с собой кубик как брелок или подвеску.
Не привыкшая к такому нелогичному и нерациональному поведению, Мила не понимала, как реагировать на предложение. Но, поразмыслив немного, решила остаться верной себе: не удивляться, не возмущаться, не спорить, а наблюдать за течением событий. Надо подождать семь дней? Хорошо, она подождет. Терпение – самая сильная черта ее характера.
Отставив пробирки в сторону, Мила присела у окна и достала из выреза халата шнурок с нанизанным на него золотым кубиком, погладила блестящую поверхность и скругленные углы. Сегодня ровно неделя, как она носит его на себе, значит, завтра срок полностью истечет, и она доберется до неизвестного элемента. Мила улыбнулась в предвкушении. Коллегам она о случившемся не рассказывала, не хотела поднимать волну раньше времени. Единственным, кто знал о заказчике, заказе и странном сплаве, был ее муж, не имевший никакого отношения к лаборатории.
Телефон на подоконнике пиликнул сообщением мессенджера. Мила открыла его быстрым движением коротких пальчиков. От него, от коллекционера: «Добрый день, Людмила Михайловна, у меня для вас есть еще один сюрприз. Спуститесь, пожалуйста, на парковку, вас ждут».
Пожав плечами и твердо решив ничему больше не удивляться, Мила подхватила телефон, закрыла лабораторию и отправилась на подземную парковку, разместившуюся под зданием исследовательского центра. Подойдя к указанному месту, Мила увидела серый микроавтобус с открытой отъезжающей дверью, рядом с ним приветливо махал ей рукой миловидный молодой человек в джинсах и белом пуловере.
«Какой неприятно смазливый, на итальянца похож», – подумала Мила, подходя к нему совсем близко и протягивая руку для пожатия, а вслух произнесла:
– Здравствуйте, я Людмила Михайловна, старший лаборант, это вы от…