А ватага, как и было приказано, отдыхала. Тройко усердных лакеев, желая перед ними выслужиться, постоянно носили в беседку еду, сладости, холодное и горячее питье.
Пока остальные чаевали в беседке, Северин в лабиринте добрался до небольшой площадки со скамьями. Между лавками стояла табличка с картой и надписью «Vy u centri! Вы найдете дороху назад?».
– Ну, попробуем найти, – пробормотал Северин.
Небо было облачным. Нож разрезал палец, где кожа от постоянных ранений загрубела и не чувствовала боли. Северин взглянул на бледную тень под ногами, подождал несколько секунд, а затем наклонился и коснулся ее окровавленным пальцем.
Растеклись белые волны, залили контур тени, отозвались чуть слышным скрежетом. Северин убрал палец. Капли крови разбежались, закружились, вытянулись в тоненький красный мостик.
Он наконец узнал его: мост Калиновый. Как раньше не догадался?
Тень завертелась, сходилась и прыгнула прямо в глаза. На этот раз Чернововк не испугался.
В Потустороннем мире лабиринта не существовало. Юноша оказался посреди пустоты, большой, безжизненной и плоской. Тишина, тишина, тишина... Уши забило глухой тишиной. Под ногами по высохшей земле вились трещины. На горизонте виднелись стволы деревьев, словно гнилые зубы черного леса. Или исчез с флоярой до сих пор гуляет там?
Северин усмехнулся.
– Найдем дорогу назад.
Он пошел прямо, осторожно отсчитывая каждый шаг, и не останавливался, пока по расчету не вышел из лабиринта. Лишь бы не вернуться прямо в кусты или стену беседками... Что произойдет в таком случае, Северин старался не представлять.
Чернововк осторожно протянул руку и, не глядя, уронил каплю крови на тень. Ничего не произошло.
– Вот как, – пробормотал характерник. – Значит, на тебя нужно смотреть.
Но капля вместе со взглядом тоже не подействовали.
- То есть не только смотреть, но и касаться, - добавил Северин.
И на этот раз перенесся назад.
Катя легко отбила саблю, повернулась, отбила другую и приставила клинок к горлу Гната.
- Руки из жопы! – сплюнула характерница. - Три проигрыша подряд. Через две минуты! Как тебе золотую скобу дали? За феноменальную тупоголовость? Вообще биться разучился!
— Да мне плечо серебром забили, я же говорил, — объяснял грустный Игнат.
— Жалкое оправдание!
Она убрала сабли за спину, а Ярема и Филипп обменялись красноречивыми взглядами. Если Игнат не умеет драться, то они и понятия зеленого не имели, за какую сторону сабли браться.
- Что вы здесь? — послышалось за спиной.
Ярема подпрыгнул, а Филипп выхватил нож.
– Спокойно, – рассмеялся Северин. – Не бейте, ребята, я свой.
Яровой перекрестился, Олефир спрятал нож и нахмурился.
– Как ты сюда подкрался? – спросил тавриец. – Ты не мог выйти из лабиринта, я все время за ним наблюдал.
— Из-за Потустороннего, брат.
— Значит, сработало?
- Сработало.
— Надо переименовать тебя в брата Явника, — Ярема вытер пот со лба. – Никогда не пугай меня так! В следующий раз от неожиданности тресну ныряльщиком.
Незнакомая девушка с двумя саблями подошла к ним и внимательно посмотрела на Чернововку. Тот ответил таким же взглядом.
— Вот и д'Артаньян явился, — сказала девушка и откинула волосы, прилипшие ко лбу. — Ребята сказали, будто ты располовинил кувшин магната. Это правда? Или он просто с коня головой шлепнулся?
– А ты еще кто такая? — Северину не понравилось такое начало разговора.
— Вот ты так вежливо разговариваешь с незнакомыми барышнями? — спросила незнакомка, нахмурясь.
— Может, я просто соблюдаю тон незнакомых барышень?
— Может, ты просто лжешь об убийстве Борцеховского?
Северин мгновенно вскипел. Он пережил самую ужасную ночь в своей жизни, видел отрубленную голову командующего, пробил ногу насквозь, его чуть не разорвали борзые, и все это тогда, когда эта дерзкая девка слонялась бог весть где! Но какое право она должна в нем сомневаться?!
— Может, не будешь сомневаться в словах незнакомых людей?
– Может, не будешь мне приказывать, что делать?
— Может, перестанешь общаться с вопросами?
Девушка пыхнула и махнула на него рукой.
— Ты мне неприятен, — сообщила незнакомка, круто развернулась на каблуке, но, подхватив с земли опанчу, пошла к имению, толкнув в плечо Гната.
Северин загляделся на ее легкую походку, тут ему начала вырисовываться картина: разгоряченный Игнат без рубашки со следами от пропущенных ударов... Две сабли...
- О нет, - сказал Северин загробным голосом. — Только не говорите, что я только что нагрубил Катри Бойко.
- Ты только нагрубил Катри Бойко, - подтвердил Филипп.