Свиток зашуршал, складываясь в воздухе, пока не остановился у Северина свободным для подписи местом.
— Чем лежит на столе справа.
Джура с удивлением узнал тот самый нож, которого передал ему у костра Захар. Гаад поднял кружку пива, выпил, смахнул пену с усов и со вкусом закусил молодой луковицей.
Северин смотрел на древнюю пожелтевшую бумагу. От одного взгляда на легендарную святыню у него вспотели ладони. Над свободным местом стояли свежие красные подписи, а чем выше вздымались строки, тем темнее становился их цвет. Вся история Ордена в именах на этом свитке... Наступила минута вписать свое.
Джура затаила дыхание. Вот она, мгновение его смены. Мгновение окончательного выбора. Мгновение проклятия.
Он решительно разрезал пучку указательного пальца и осторожно, неловко вывел: Severyn. Фамилия получилась совсем неразборчивой. Кровь тихо зашипела на бумаге, на мгновение сверкнув багрянцем.
Вот и все. Никаких громов, молний, труб или землетрясений — просто и обыденно.
- Экземпляр договора единственный и хранится у меня, - свиток молниеносно свернулся в руке Гаада и исчез. – Приветствую! Еще одно отчаяние, еще одна подпись, еще одно звено... Выпей за это.
Северин покачал головой. Жажда долго шкрябала ему горло, но он не хотел прикасаться к потустороннему питью.
— Выпей, — приказал Гаад тоном, от которого Северин уже в следующее мгновение похотливо глотал из ближайшей кружки.
Это было самое лучшее пиво, которое он когда-либо пробовал. Юноша почувствовал, будто исцелился от всех болезней, как свежие силы бегут его венами, как шевелятся волосы на голове.
— Вот и хорошо, — сказал хозяин привычным голосом и приложился к кружке. – Ты пришел от пещеры. Сам нашел тропу к ней?
В багряных глазах без зрачков тлело любопытство.
– Нет. Меня провели.
– Честный, – оскалился Гаад. – Вижу поцелуй на твоих губах. Еще издали его заметил. Что она в тебе разглядела? Почему отметила?
Джура пожал плечами. Поставил пустую кружку на стол.
– Я могу идти? – спросил Северин осторожно.
Он не хотел услышать этот голос во второй раз.
– Не спеши. Напоследок предлагаю сыграть, - причудливый мужчина смерил юношу взглядом и добавил: - Это предложение, а не приказ.
– Что за игра? – о ней Захар не предупреждал.
— О-о-о, очень интересная и простая одновременно!
Хозяин заметно взбодрился, багровые глаза загорелись. Перед Северином на столе появилось девять карт, три ряда по три карты. Черные рубашки украшали волчьи черепа с красными зрачками.
– В этой колоде семь белых, одна красная и одна черная карта, – живо принялся объяснять Гаад. – Вытащишь белую – ничего не произойдет. Вытащишь красную — получишь подарок в дополнение к новым способностям. Вытащишь черную — умрешь на месте. Тащить можно только раз! Независимо от своего решения, ты забудешь эту игру, когда уйдешь отсюда.
Гаад подмигнул.
– Ну что? Сыграешь?
Северин колебался недолго. Пиво подсказывало: разве после подписи на свитке что-то может его напугать? Мгновенная смерть — самая страшная вещь, которая теперь может случиться!
– А давай.
- Вот это дело! – Гаад хлопнул в ладоши. - Выбирай, храбрец.
Багровые глаза жадно созерцали, как лицом Северина бежали тени сомнений, а рука нерешительно переходила от карты к карте. Согласиться на игру оказалось гораздо легче, чем выбрать карту. Смерть, которая мгновение тому была простым словом, теперь пряталась в какой-то из них... Какой?
- Эта, - палец остановился на лежащей по центру карте.
– Ты уверен?
Проклятый Гаад умышленно сеял сомнения. Но Северин не дал сбить себя с толку.
– Да!
И карта перевернулась сама по себе. Белая.
Северин чувствовал себя сшитым в дураках.
- Обожаю смотреть на муки выбора, - сказал Гаад с широкой улыбкой. — Смесь алчности, неуверенности, страсти, страха... Так и пил бы.
Он глубоко затянулся трубкой, пахнул дымом на бумажник, что роились над подносом с фруктами.
— Это было смелое решение, но, как видишь, ничего не принесло. Такое случается, – Гаад задумчиво постучал пальцем по луку. – Но я позволю тебе сыграть второй раз. За то, что пришел от пещеры. Согласие?
Какое-то странное безумие завладело Северином. Захар, наверное, не одобрил бы его азарта, но учитель остался далеко, а он сидел здесь наедине с могучим потусторонним чудовищем.
– Согласие.
Карты смешались, затасывались со скоростью, неподвластной человеческому глазу, а затем заново разлеглись три на три.
- Выбирай осмотрительно!
На этот раз Северин думал несколько минут, пристально вглядываясь в каждую карту. Гаад докурил трубку и молча всматривался в лицо гостя.