Глава 17 Злая пустошь
Глава 17 Злая пустошь
- Куда теперь? – спросил батюшка, вытирая кровь с топора.
- Сходим к Кощею в гости, - как можно беспечнее произнёс Стас, - надо бы разговорить старика, разузнать: кто их с Чернобогом подначил на Явь идти.
- У Кощея несметное войско, - напомнил Агний, - на всех мертвяков у нас не хватит живой воды. – А на светлую магию здесь, в Нави, полагаться нельзя.
- Значит, будем пользовать тёмную магию, - авторитетно заявил батюшка, пряча топор. – Вот только как найти этого самого Кощея?
Ступа сделала вираж над местом недавней схватки и опустилась на костяную кучу. Шкет бодро выпрыгнул из летательного аппарата и вынул из виртуала незнакомый плоский предмет.
- Найти Кощея – пшено вопрос! – торжественно объявил он. – Вот это зеркальце, - он поднял предмет над головой, - что-то вроде джи-пи-эс-навигатора. Ягиня презентовала, чтобы я к молодильным яблочкам дорогу нашёл.
Шкет провёл пальцем по серебристой поверхности зеркала, и оно ожило и замерцало.
- Что угодно, повелитель? – томно спросило зеркало.
- Покажи-ка мне путь к замку Кощея Бессмертного.
- Изволь!
Зеркало замигало и над ним тускло загорелась самая настоящая объёмная карта.
- Путь к Кощееву замку долог, - возвестило зеркало, - через Злую пустошь, мимо Гадьих болот, за Окаянную речку, да сквозь Гиблый лес.
При упоминании каждого топонима на карте загоралась яркая звёздочка.
- Далековато, - вздохнул отец Феофил, - чем лошадок будем кормить в этих пустошах и болотах?
Из пещеры, озадаченно озираясь, выполз Горыныч. Две его новеньких головы только что вылупились из своих коконов и теперь близоруко щурились, разглядывая людей. Одна из голов потянулась к отцу Феофилу и плотоядно его обнюхала.
- Кыш, - отмахнулся тот, - идите лучше мясцом побалуйтесь.
Горыныч, увидев окровавленные тела, испустил громогласный рык и устремился на пиршество. Стас отвернулся, чтобы не видеть этой зловещей трапезы и лишь услышал треск сокрушаемых костей, урчанье и чавканье. Новорождённые головы оказались на редкость жадны и сварливы. Они устроили настоящую склоку при дележе добычи и изрядно покусали друг дружку.
- Теперь надобно вздремнуть в холодке, - сыто заявила старшая голова Горыныча.
- Некогда дремать, - заявил Стас, - идём в Злую пустошь.
- В Злую пустошь?! – удивился Горыныч, - это зачем ещё?
- К Кощею в гости.
- Только-только головы отрастил, только крыло зажило, и опять в драку?!
Горыныч был явно недоволен предъявленной перспективой.
Новорождённые головы загомонили наперебой:
- Вот ещё! Не пойдём в пустошь…
- Нету там никакой добычи: камни да чернобыл…
- Цыц! – прикрикнул на бунтовщиков Стас, - ишь, разговорились. Выступаем немедленно. Ты, Горыныч, лететь-то сможешь?
- До пустоши дотяну, - ответила за всех старшая голова, пыхнув дымом.
- Вот и ладно, - кивнул Стас, - лети первым, покажешь дорогу. Увидишь стражу кощееву – дай знать.
Горыныч тяжело проковылял к обрыву, ругаясь в три головы. У самого края он взмахнул крыльями и взмыл над кручиной. Сделав круг над пещерой, Змей грузно поднялся над макушками гор и, сыпля искрами, полетел в сторону Злой пустоши.
- По коням! – скомандовал Стас, провожая взглядом удаляющуюся фигуру Горыныча.
Кони шли нехотя, настороженно востря уши. Вокруг было тихо и безветренно. Каждый шаг, каждый звук далеко разносился окрест. Тропу, по которой ехал отряд, обступали каменные кряжи. Тёмные, угрюмые и зловещие. Попадались идолы, грубо вырубленные в сером жилистом камне. Рогатые головы, оскаленные черепа, отвратительные рожи с жабьими ртами. Перед одним Агний остановил коня и спешился. Идол был вытесан из чёрного блестящего камня и смотрел на путников единственным широко распахнутым глазом.
- На море, на окияне,
На острове Буяне, - торопливо заговорил Агний, делая короткие взмахи посохом,
- Лежит бел-горюч камень Алатырь;
Как у того камня горит Огонь Ясный –
Жжёт-палит, всё сжигает:
Заговоры, наговоры да оговоры,
Стас потянул за поводья и сделал знак остановиться всем остальным.
Думы чёрные, взгляды да огляды недобрые,
Зароки, сузы и наузы, -
Всё в пепел обращает,
Тако ж и нас всех очищает!
Гой!
Произнеся заклятие до конца, Агний ткнул навершием посоха в распахнутый глаз, и тот пошёл трещинами, раскрошился, рассыпался.
- Что это было? – с нарастающей тревогой спросил Стас.
- Это идол Одноглазого Лиха, - пояснил Агний. – Если Лихо узнает, куда мы едем, то жди беды.
- Как же оно узнает, ведь ты лишил идола глаза? – спросил Стас.