- Маркуша, пусть они кристалл отдадут, - произнесла она тоном капризной девочки.
- Эй, Призрак, отбирать у девушки украшения – это дурной тон. Верните, не делайте из себя гопника.
Голос Гальского заглушила очередная волна, ударившая в борт. Стас взглянул в сторону от катера и у него нехорошо заныло под сердцем. Кракен отволок Рыбу-кит на целую милю и теперь на том месте, где ранее спала гигантская рыбина, образовалась воронка. «Хляби небесные» быстро вращаясь в этом водовороте, устремлялись в огромную дыру.
«Всё пропало!» - тоскливо подумал Стас. – «Если не остановить этот водопад, то люди Арконы обречены!»
- Шкет, дай-ка сюда кристалл, - бросил он лежащему рядом мастеру меча.
- Вы хотите вернуть Студенец этой лахудре?! – возмутился тот.
- Вот ещё, - успокоил товарища по оружию Стас. – Просто хочу полюбоваться на камень.
Шкет нехотя протянул кристаллик. Студенец не оправдал своего названия. Он оказался тёплым и, даже, горячим. Стас сжал кристалл в пальцах и над гранями камня тотчас вспыхнули яркие зелёные бувкы:
Кристалл «Студенец» - бонусный артефакт Премиум-класса.
Прямое подчинение – Барских Алёна Игоревна
Переподчинение – Синицын Станислав Михайлович
Боевые возможности
- импульсная криогенерация (разовая заморозка объектов с диструкцией сущностей), перезарядка криогенератора в течение 3,6 минуты;
- поли криогенерация (разовая заморозка группы объектов без диструкции сущностей), перезарядка криогенератора в течение 58 минут);
- объёмная криогенерация (тотальная пространственная заморозка без диструкции сущностей в радиусе 14,2 км), перезарядка криогенератора невозможна.
- То, что надо, - прошептал Стас, активируя последнюю функцию.
Он посмотрел на испуганное лицо Шкета, на перепачканные кровью лица Беса, Пижона и батюшки, на едва оживших Гейшу и Лешего.
- Простите и прощайте, друзья, - выкрикнул Стас, поднимая руку с кристаллом. – Другого выхода я не вижу…
- Ей, Призрак, предлагаю двойной оклад, а твоим друзьям по десять тонн «зелени», если разойдёмся краями, - послышался нетерпеливый голос лже-Чернобога. – Только думай быстрее, а то нас всех затащит в воронку.
- Держи подарочек! – крикнул Стас, метнув артефакт в сторону водоворота.
В воздухе разом захолодало, и палуба покрылась белым колючим инеем.
- Командир, ты спятил?! – бледнея от ужаса, произнёс Шкет.
- Маркуша, бежим! – раздалось со стороны катера. – Призрак активировал Студенец! Сейчас всё замёрзнет! Марк, ты слышишь меня? Бежим!
Истерично взвыл двигатель катера, нервно закашлял, зачихал и испустив непристойный выхлоп, заглох. Стас снова выглянул из-за борта, ёжась от нестерпимого холода. Вода вокруг катера и ладьи замёрзла, и ледяная корка покрыла внушительное пространство. Водоворот, неистово сопротивляясь внезапной напасти, с оглушительным хрустом ломал и ломал подступающие к нему льдины, но вскоре шум его стих и над притихшим морем нависла тяжёлая, смертельная тишина.
Руки и лицо Стаса онемели от лютой стужи, кольчуга и доспехи покрылись коркой.
- Будь ты проклят, Призрак! – заорал Гальский и со стороны катера ударил очередью пулемёт.
Пули хлёстко ударили в борт ладьи, разорвали заиндевевший парус. Досталось и Шкету. Из горла, прострелянного навылет, взметнулся алый фонтан. Кровь тотчас замёрзла и рассыпалась по палубе рубиновым бисером. Шкет упал и мгновенно умер, превратившись в стылую ледяную глыбу. Словно подавившись своим злобным лаем, пулемёт смолк.
Стас рванулся к мёртвому мастеру меча, но ноги накрепко примёрзли к палубе. Стало трудно дышать. «Вот и всё!» - вяло подумал Стас, ощущая, как лопается скованная холодом кожа, как каменеют руки, лицо и шея…
…Последнее, что успел увидеть Стас Синицын перед тем, как погрузиться в небытие, была вспышка на горизонте, над ледяным простором мёрзлого моря…
Симураны. Эпилог
Симураны*. Эпилог.
Лететь верхом на крылатом волке было одно удовольствие. Знай себе, держись за огненную холку да поглядывай по сторонам. Стас обернулся и помахал летевшим невдалеке товарищам. Все они пребывали в восторге от подобного способа передвижения и, даже батюшка восседал на своём симуране истинным казаком.
Внизу, сквозь белёсые облака виднелись зелёные холмы и сопки Белогорья. Все низины, поля и пашни были сплошь залиты водой, поверх которой торчали островками соломенные крыши хат и кроны деревьев. Стас вздохнул и покачал головой. Много, слишком много успело свергнуться с небес хлябей. Люди спастись успели. Вон они: кто на лодочке, кто на плоте, а кто и на холм успел перебраться. А вот урожая уже не спасти. Погибли луга и нивы!