– Ну, взвешиваться, думаю, мы не будем, – заявил Хайдаров. – И так все ясно: ты, Евгеньич, у нас самый субтильный – тебе и наверх лезть. А мы с Кириллом изобразим основание пирамиды. Теперь я понимаю, почему ты решил от лесенки отказаться: хотелось на товарищах верхом покататься!
– Угадал, Равиль! – под общий смех признался инженер. – Всю жизнь мечтал на вас ездить!
Когда после завтрака узников вывели на прогулку, Русанов начал приставать к Мигелю, их охраннику, с вопросами: почему его не приглашают больше в штаб и когда пригласят. А когда весельчак Мигель заявил, что «штаб закрыт и приглашений больше не будет», монтер стал жаловаться, что это несправедливо и неправильно, что сеньор Чумпитас ему обещал, что он уже не может обходиться без «препарата»… Видно было, как Денис себя накручивает, а с другой стороны, создает у охранника впечатление, что у него ломка.
Внезапно Русанов сорвался с места и с криком: «Не могу так больше! Лучше утоплюсь!» – бросился в сторону реки.
– Стой! Буду стрелять! – прокричал вслед ему Мигель и в самом деле послал очередь из автомата – но над головой убегающего. Оба охранника бросились вслед за Русановым. Трое узников временно остались без присмотра.
– Давай скорее! – крикнул Малышев. Они кинулись к задней стороне казармы, где под крышей виднелась вентиляционная решетка. К счастью, вдоль стены росли какие-то кусты с остро пахнущими листьями, и они закрывали энергетиков. Малышев и Хайдаров нагнулись, положили руки друг другу на плечи, а Луценко быстро вскарабкался по их спинам.
Вдалеке слышались крики охранников, прозвучало еще несколько выстрелов.
– Не убили бы они вправду нашего Дениса, – пробормотал Хайдаров. – Зря мы на этот план согласились!
– Сейчас уже поздно жалеть, – отвечал Малышев. – Нет, если сначала стрелять не стали, то теперь тем более не будут.
Мимо них на траву упал один шуруп, второй… Луценко изо всех сил крутил отверткой, стоя на спинах своих товарищей, и двум энергетикам приходилось нелегко. Наконец инженер спрыгнул на траву.
– Все, отвернул! – сообщил он. – Теперь еле держится на двух шурупах.
– Бежим назад! – воскликнул Малышев, и они поспешили вернуться на площадку, где проходила прогулка.
И вовремя: едва друзья достигли площадки, как на дорожке показалась процессия. Впереди с лицом сурового судьи шествовал Мигель. За ним гигант Эктор вместе с еще двумя боевиками вели Русанова. Сразу было видно, что попытка побега обошлась ему дорого: вокруг левого глаза красовался огромный синяк, из носа капала кровь.
– Всем в барак! – рявкнул Мигель, растерявший все свое веселье. – И если еще одна сволочь попробует бежать…
И он выразительно передернул затвором.
Энергетики, выражая возмущение, отправились в барак. Там Русанов первым делом спросил:
– Ну что, получилось?
– Да, мы все сделали, – ответил Луценко. – А ты как?
– Я их порядочно погонял, – усмехнулся Денис. – Вначале кинулся к реке – вроде собираюсь броситься в воду и плыть. Они испугались – ведь так я действительно мог сбежать – и начали стрелять уже не в воздух, а по ногам. Чуть не попали! Тогда я свернул и кинулся вверх по течению – ну, туда, куда нас водил этот Чумпитас. Я ведь помнил, что там есть тропа и можно бежать. А эти ребята погано бегают: я бы так от них и убежал. Но тут наперерез выскочил часовой – и как врубит мне между глаз! Аж искры посыпались… А тут и эти подоспели, добавили…
– Сильно били? – сочувственно спросил Хайдаров.
– Да нет: нос не сломали, зубы не выбили, – заверил Русанов. – Так что дома заживет. Главное – выбраться!
– Сегодня обязательно должно получиться, – заверил его Малышев.
Узники стали ждать наступления ночи. Все остальное их уже не интересовало. Однако еще до наступления ночи в лагере стало происходить что-то непонятное, что поневоле привлекло их внимание. Они услышали, как снаружи забегала охрана. Чей-то начальственный голос потребовал, чтобы какой-то из бандитов немедленно отправился в казарму и привел себя в боевой вид. «А то ходите, как крестьяне! – кричал начальник. – Смотрите, чтобы оружие было в порядке! И будьте готовы к построению!»
– Что-то назревает… – пробормотал Луценко. – Интересно, что…
– Построение обычно устраивают по случаю приезда высокого начальства, – заметил Хайдаров. Из всех энергетиков у него был самый большой армейский опыт.
– Если начальство, то не по нашу ли душу? – высказал предположение Малышев. И оно вскоре оправдалось. Возле барака послышались шаги, и знакомый голос сеньора Чумпитаса произнес:
– Открывайте, надо посмотреть, как они выглядят.