— Я одна из немногих девушек, которых посвятили в Рыцари света. Мой отец долго мечтал о сыне; наследнике, который продолжит его дело и возглавит орден. К его сожалению, родилась я…
Она подошла ближе и продолжила изливать душу.
— Он не желал отправлять меня в школу для девочек; не хотел, чтобы я связывала жизнь с нитками и шитьем… Каждый день в течение пятнадцати лет был для меня сущим адом. Изнурительные тренировки, поединки на мечах, семинария… А я ведь простая, хрупкая девушка, которая не хотела всего этого. У меня было больше ссадин и ран, чем у любого сверстника.
Водная чародейка затаила дыхание, слушая рассказ Праймы.
— Я слукавила, когда сказала, что пришла ради подруги. Это не основная причина моего визита в Калидум. Отец привел меня на турнир для того, чтобы я посмотрела, как нужно сражаться. Ведь в следующий раз именно я буду в нем участвовать, отстаивая честь ордена… Чтобы среди выдающихся людей был не только дядюшка-изгнанник, но и полноценный член ордена Прайеров…
Носительница доспехов долгие годы копила внутри себя всю эту боль. С каждым сказанным словом, фразой, пропитанной отчаянием, ей становилось легче.
— Да, отец запрещает мне общаться с незнакомцами, не говорю уже про оказание им помощи. Но этот запрет идет вразрез с идеологией и правилами любого ордена. Мы должны помогать всем, кто в этом нуждается, а не отворачиваться от них. В первый день, когда я увидела вас… Тебя… Я просто не могла не помочь. В противном случае вы… ты бы умер.
По щекам Праймы пустились слезные ручьи, один за другим. Она быстро прикрыла лицо и отвернулась, чтобы не показывать собственных эмоций.
— Эй, ты чего… — жалостливым голосом произнесла Мирана, сдерживая себя, чтобы тоже не заплакать.
Набравшись сил, Мироэн отпустил руку подруги и неспешно встал на ноги. Он подобрался к целительнице, отвел её мокрые ладони и посмотрел в покрасневшие карие глаза.
— Я прекрасно понимаю тебя. Бывает так, что мы не выбираем, кем быть и что делать. Но не стоит отрицать и то, кем мы по итогу стали. Если бы ты не тратила тысячи часов на тренировки и познание паладинского ремесла, кто бы сейчас смог меня исцелить? После этого боя моя жизнь могла бы оборваться. И жив я исключительно благодаря тебе. А представь, если бы моя семья была жива? Наверное, я бы сидел на троне. А если бы Мирану не отдали в магическую школу? Была бы обычной сельской девицей.
— Эй! — с недовольством вскрикнула подруга, вызвав у приятеля улыбку.
— Да, во многом твой отец неправ. Но и ты ведь уже не маленькая. Не бойся выказать недовольство и воспротивиться приказу. Может, тогда до него дойдет, что он вел себя неподобающим образом с единственной дочерью.
Мощный взрыв, прогремевший где-то поблизости, всколыхнул стены и потолок лазарета. Троица перепуганно осмотрелась по сторонам. Снаружи стали доноситься крики и мольбы о помощи.
Приоткрыв дверь, принц оценил обстановку. В конце коридора показались зрители, панически покидающие амфитеатр.
— Что там? — встревоженно спросила Мирана.
— Это не похоже на конец турнира. Иначе столько людей не ломилось бы наружу.
Повторно выглянув, парень заметил, что количество публики в коридоре поубавилось. Троица выждала подходящий момент и покинула палату. Двигались они чрезмерно осторожно.
Этажом выше их ждало не самое лучшее зрелище. Проход, ведущий к трибунам, был завален неподъёмной грудой камней, среди которых торчали конечности полумертвых невинных. Обе девушки вскрикнули, отвернулись и едва не упали в обморок от увиденного.
— Кто вообще на такое способен? — истерически выкрикнула Мирана.
— Похоже, я знаю, кто…
Внимание принца привлек топот сапог. Кто-то сломя голову бежал по коридору, тяжело дышал и выкрикивал себе под нос бранные словечки. Мироэн зыркнул из-за угла и увидел Герца, прибежавшего на крики волшебниц.
— Миро! Вот вы где! — спешно глотая воздух, выпалил мечник.
— Что стряслось?
— Всадник, взрыв, погибшие, беглец, Магистр, это…. — Герц говорил несвязно, не зная, с чего именно начать рассказ.
— Помедленнее, пожалуйста! — попросила Мирана.
— Нет времени на это! Нужно валить отсюда!
Кулуары амфитеатра стали самым настоящим кровавым лабиринтом. Пришлось сильно постараться, чтобы выбраться наружу. Мирана и Прайма нехотя смотрели себе под ноги, пытались не наступать на неподвижные тела и обходили лужи крови, попадавшиеся им на пути. Целительница видела, что многие люди еще были живы и она хотела им помочь, но не смогла. Она не сумела пересилить обрушившийся на неё страх от всего того, что здесь творилось.