Рунный маг понял, что его заметили, и спохватился бежать. Но убийца предстал перед ним быстрее дуновения ветра. Молодой парень дрожал, скрипел зубами и не мог пошевелиться.
— Сколько еще вас нужно перебить, чтобы активировался резервный источник? — тихо поинтересовался мужчина.
Волшебник проглотил язык и не стал отвечать. Воздушные лезвия, выпущенные из рук кровного, заставили его умолкнуть навсегда.
Убийца схватил рассеченное тело и бросил в центр зала, в кучу к остальным изуродованным жертвам. Помещение содрогнулось. Тяжелые плиты, скрывавшие дыру в полу, медленно раздвинулись. Наружу высунулась огромная сфера, окутанная плотно циркулирующим воздухом. Этот кристалл был «вторым дыханием» города.
Никогда не проявляющий эмоции Элементаль позволил себе такую мимолетную роскошь, как улыбка. Грубые мужские руки потянулись к последнему оплоту жизни Калидума и готовились к разрушению, как перед кончиками его пальцев пролетела деревянная стрела.
— Прочь от него! — неуверенным тоном потребовал некто.
Серые, почти прозрачные глаза решили взглянуть на храбреца, осмелившегося встать у него на пути. Осознав, что этим кем-то оказалась темноволосая девушка с луком и стрелами, он безразлично хмыкнул.
— Твое имя, грешница, — полюбопытствовал он.
— Люмия, — с дрожью проговорила она. — А кто ты?
— Как только я произношу свое имя, оно разносится по ветру, создавая бури и циклоны по всему континенту… Зови меня Воздушным Кочевником.
— И.… Что ты здесь забыл? — снова задала вопрос она.
— Выполняю поручение главы клана. Мне нужно разрушить эту сферу и рассеять купол.
— То есть того, что ты и твоя шайка здесь наделали, недостаточно?
Он смотрел на нее настолько вымораживающим взглядом, что Люмию это взбудоражило еще больше.
— Приказ хозяина важнее чьих-то жизней.
— Тогда ты сделаешь это только через мой труп!
До Люмии не сразу дошло то, что именно она сказала. Проблески героизма, перешедшие от друзей, сыграли с ней злую шутку. Вспомнив, что он сделал с охраной перед зданием и внутри него… Она почувствовала себя надоедливым комаром, которого он был рад прихлопнуть.
Вытянув из колчана стрелу, девушка быстро прицелилась и отпустила тетиву. Кочевник провел перед собой рукой, меняя траекторию снаряда. Брюнетка нервно ругнулась. Очередная тройка стрел, выпущенная ею, с предельной точностью должна была попасть в цель, однако Элементаль отразил и эту попытку его ранить.
— Ты трижды сглупила. В первый раз — когда сунулась сюда; второй — когда взяла с собой обычные стрелы и лук. А третий… Когда бросила мне вызов, — объяснил мужчина.
Лучница бегло осмотрела комнату, продумывая новый план. В этот раз она не стояла на месте. Бегая вокруг противника, она спешно доставала снаряды, прицеливалась и выпускала их. Каждый выстрел занимал не более двух-трех секунд.
Стрелы с едва слышным свистом обходили Кочевника, так ни разу и не попав в него. И все же он мысленно удивился навыкам Люмии. По его мнению, многие лучники семейства Калингемов обзавидовались бы её меткости.
Однако сейчас кровному показалось, что зоркий глаз её подвел. Вытащив из колчана одну из двух оставшихся стрел, девушка прицелилась и выстрелила. Снаряд пролетел и встрял в колонну, возле которой стоял недруг. Он изначально понимал, что эта атака бесполезна, и не стал тратить своих усилий на то, чтобы отразить её. А зря.
Мелькнувшая на девичьем лице улыбка удивила его. И лишь когда в ушах колдуна начало звенеть, он понял, в чем дело. Снаряд оказался необычным — он источал очень назойливый писк. Оперение стрелы ярко засияло, и прогремел взрыв, от чего помещение содрогнулось.
Люмия, изучавшая последние несколько дней рунное колдовство, была счастлива тому, что сумела зачаровать хотя бы одну из десятка стрел и наделить её особым свойством. Обманный маневр сработал, но этого было мало, чтобы вовсе одолеть кровного такого уровня.
— Мое божество возрадуется, если к коллекции его душ присоединится и твоя…
Люмия отступила. Из пыльного облака выплыла целая и невредимая фигура беспощадного убийцы. Ему наскучило смотреть за жалкими попытками девушки одолеть его. Он молчаливо взмахнул руками и застыл, подобно летящей птице.
Полусферический потолок задрожал от невероятного давления. Его стеклянное покрытие треснуло, осыпая помещение градом мелких осколков. В зал ворвалась шквальная буря, сбивавшая с ног и оттеснявшая назад.