— Ты выдохся, не отрицай этого, — выкрикнул головорез.
— Не дождешься, — солгал Мироэн, разминая уставшее тело.
Сент Вин выглядел изнеможенным и не таким грозным, как прежде. Люмийский оценивал силы сторон, обдумывая при этом дальнейшие действия. Скольких кровных он ни встречал, мало кто из них не терял здравый рассудок, будучи истощенным. И этот светловолосый охотник не исключение.
— Надеюсь, мои усилия будут не напрасны! — угрожающе выкрикнул Сент Вин.
Наемник оголил худощавый торс и отрубил себе руку. Пронзая округу болезненным визгом от проделанного увечья, он пустил в ход сильнейшее заклинание. Вязкая темная жидкость, фонтаном бившая из отсеченной конечности, приняла форму нескольких десятков когтистых лап, устремившихся в сторону Мироэна. Удивленный противным зрелищем, принц схватил обеими руками косу и принялся ею вращать.
Фраксинус покрылся теплым оранжевым пламенем, с каждым оборотом оно становилось все ярче. Ядовитое колдовство билось об защитный барьер и сгорало, оставляя по себе зеленоватую дымку. Все это длилось до тех пор, пока у Сент Вина не иссякла духовная энергия.
Он обессиленно упал на колени и понял, что проиграл. Впервые в жизни. Знаменитого охотника за головами, чье имя не раз будоражило местных жителей, одолел небезызвестный Коллекционер. Убийце стало так гадко на душе, что он со злости отбросил свой меч в сторону, словно тот его предал.
— Говорят, этот лес умеет хранить тайны, — собрав остатки сил, произнес Мироэн. — Поэтому о твоем позорном поражении никто не узнает. Отправляйся в Преисподнюю, где тебе и место, Сент Вин.
Герой безжалостно посмотрел на плевавшего кровью недруга. В его сердце не оказалось места для жалости или прощенья.
Древко Фраксинуса глухо стукнулось об землю. Вокруг Люмийского возникло множество маленьких огоньков, которые, сплетясь воедино, образовали гигантский шар, пропитанный жарким пламенем. Взмах косы — и небольшое «солнце» понеслось вперед, испепеляя все на своем пути.
Кровный старался умереть достойно и молчаливо, но ничего не вышло. На фоне встревоженного щебетания птиц и падающих чередой деревьев прозвучали его последние вопли. Пройдя еще какое-то расстояние, пламя исчезло, оставив после себя широкую тропу из черной выжженной земли. Сент Вин почти стал прахом, а Арид расплавился и не мог уже кому-то прислуживать.
Карие глаза устало оглядывались по сторонам. Хижина, сросшаяся с деревом, была наполовину развалена, все зеленое и цветущее покрылось копотью, а призванные духи давным-давно исчезли. Разруха и смерть постоянно преследовали его, не давая ни минуты покоя. При виде товарища Герц резко подорвался и подошел поближе. После нескольких обрывистых фраз бродяга куда-то ушел.
— Он жив? — спросил Мироэн у девушки.
Люмия попыталась что-то сказать, но в последний момент передумала. Принц молчаливо глядел на тело дедушки. С тех пор, как они виделись в последний раз, старик поседел еще больше; скулистое и худое лицо, черты которого отчасти передались внуку, обросло красивой, ухоженной бородой. И эта странная улыбка, оставленная напоследок. Он будто радовался тому, что перед гибелью слышал знакомые, родные голоса.
— Ты ничуть не изменился. Все та же мантия, пахнущая травами, та же тяга к уединению и любовь к зельеварению. Не думал, что твои противные на вкус отвары снова поставят меня на ноги. Ты всегда понимал меня, как никто другой…
Он сел рядом с охотницей и прикоснулся к холодной руке Хоухена.
— Прости, что я не приехал раньше. Мне стоило найти тебя сразу же после того дня. Ты был прав, зря отец тебя не послушал… Столько хочется сказать, но… Я опять навлек на дорогих мне людей беду. Прости меня и… покойся с миром.
Прикрыв лицо рукавом рубахи, Мироэн вытер проступившие на глазах слезы. Глядя на это, Люмия не выдержала и вновь дала волю эмоциям.
*
Они похоронили его в тот же день, недалеко от дома. Огромная насыпь из земли была усеяна любимыми цветами, которые только удалось найти. Рядом с могилой Мироэн установил самодельную табличку с высеченным на ней гербом семейства Люмийских и именем покойного. Прежде чем уйти, троица молча почтила память Хоухена.
В этот момент каждый из них думал о чем-то своем. Герц признал сходство характеров приятеля и его дедушки, уверяя, что тот поступил бы так же. Мироэну было не так тяжело: принц будто свыкся с тем, что смерть постоянно забирает близких ему людей. А Люмия…