— Ты чего удумал, а? — произнес грубый голос из-под забрала. Это был тот самый инквизитор, которого герои повстречали в начале вечера.
На мгновение перед глазами все помутнело. Люмийский приподнялся и встревоженно взглянул на латника. Он не знал, как ему быть и что ответить; парень наотрез не хотел сражаться с тем, кто мог оказаться на порядок сильнее его, а уж тем более — накликать на себя беду еще до начала турнира. Но это сделали вместо него.
Устрашающая маска на шлеме зазвенела от удара по ней. Доспешник неожиданно грохнулся на каменный пол. Объявившийся из неоткуда Герц зашипел и выругался — его кулак ныл от жуткой и непривычной боли.
— Весь вечер хотел кому-то врезать, — громко прокричал бродяга, пытаясь донести свое желание обидчику, а после подал руку Мироэну.
Топот тяжелых сапог и лязг металлических пластин эхом пронеслись по коридорам дворца. Отряд инквизиторов собрался воедино менее чем за минуту.
Герои стояли спина к спине, в кольце девяти бойцов, облаченных в кроваво-багровое. Среди них были как мастера оружий, так и волшебники. Служители Игния стояли неподвижно, ожидая указаний свыше.
— Что ты наделал, Герц… — серьезным тоном проговорил Мироэн, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Их могло спасти только чудо.
— Если скажешь, что, будучи на моем месте, смиренно стоял бы и наблюдал за расправой над товарищем — тоже получишь по морде, — принимая боевую стойку, пробормотал Герц.
Оставшиеся в зале люди завороженно наблюдали за происходящим — впервые за этот вечер могло произойти хоть что-то более веселое и интересное, нежели танцы. Дышать в огромном помещении стало заметно тяжелее. Члены древнейшей организации стояли непоколебимо — они были уверены, что у них есть как минимум численное преимущество. Однако, Герц неожиданно для всех выпалил следующее:
— Да я их голыми руками уделаю!
Воин, которому бродяга ранее выписал оплеуху, засмеялся сквозь маску и боем пошел на противника. Герой сыграл на неповоротливости инквизитора и, уклонившись от увесистого кулака, с диким ревом обхватил его нагрудник и перекинул через себя. Стальное тело с грохотом вновь ударилось об пол, разбив несколько каменных плит.
Мироэн удивленно отступил назад, не опасаясь того, что его могут ударить в спину. Все внимание бойцов было приковано к куда большему нарушителю.
Вслед за мечником на Герца накинулись два безоружных мужчины, облаченных в кожаные одеяния. После пропущенных ударов по ногам и спине парень заметно приободрился и стал более внимателен. Во время очередного замаха герой схватил одного из мужчин за ногу, слегка крутанул в воздухе и бросил на второго.
Затем в драку ввязались волшебники. Покрыв свои ладони пламенем, они то и дело обжигали одежду и кожу врага, а тот по неосторожности хватался за их горящие руки. Когда Герц понял, что ничего не может поделать с этими пронырами, он потянулся к рукояти своего полуторника.
Мироэн, до этого соблюдавший нейтралитет, вспомнил слова приятеля, сказанные перед входом в имение. Он скользнул за спину пьянчуги и, ухватившись обеими руками за гарду меча, оказал сопротивление Герцу, пытавшемуся достать Кровопийцу.
— А ну пусти, прохвост! — злостно зарычал тот.
Картина, которую наблюдали оставшиеся в зале смельчаки, вызывала смех. Разгневанный Герц брыкался от того, что не может обнажить клинок; он пытался сбросить с себя друга и попутно уворачивался от огненных шаров и пылающих кистей, желавших обжечь ему лицо. Балаган закончился тогда, когда в схватку вступила она.
Яростный женский крик, раздавшийся за спинами священного отряда, служил своего рода сигналом. Инквизиторы пугливо разбежались, оставив героев на растерзание самому сильному представителю их общества. Капитан, крепко вцепившись обеими руками в древко молота, замахнулась и нанесла предупреждающий удар по одной из колонн, разнося её вдребезги. Мраморная опора рухнула, здание затряслось, а потолок слегка осыпался. Брюнетка не произнесла ни слова — серьезность намерений ярко отображалась на её разгневанном лице.
Ошарашенный Мироэн отпустил гарду полуторника и попятился назад, тем самым разрешая Герцу вытащить клинок. В жилах мечника заиграла свежая кровь и адреналин, а в серых глазах проблеснул азарт. Кровопийца выскользнул из кожаного плена и словно издал тонкий писк.