Мироэн с интересом посмотрел на артефакты на ногах и руках бойца, а потом ужаснулся, узнав в них нечто могущественное. Аурум был облачен в позолоченные сапоги и перчатки с вшитыми в них драгоценными хризолитами. Забитая черными письменами рука пустынного воина потянулась за пазуху и, крепко вцепившись в золотистую рукоять в форме скорпионьего хвоста, обнажила недлинную широкую саблю.
— Неужели это тот самый Падший? Всегда мечтал сразиться с кем-то моего уровня. Но, боюсь, ты до него не дотягиваешь, — насмешка, вылетевшая из его уст, еще больше раззадорила Мироэна.
— Самоуверенность, я гляжу, бьет фонтаном. Задам всего один вопрос, после чего засажу свое оружие прямиком в твой чрезмерно болтливый рот. Откуда у тебя реликвии Золотого императора?
Ответ мастера оружия показался герою слишком предсказуемым.
— Ого, где ваши манеры, принц? — слегка ошалев, произнес Аурум. — Где взял, там уже нет! Уж прости, для тебя ничего не осталось. Ты ведь любишь коллекционировать всякие вещички?
— Пожалуй, тут ты угадал. Но не бесполезный хлам вроде этого…
Прозвучал колокольный звон. В руках Люмийского что-то появилось, после чего он исчез из виду публики.
— А вот сейчас посмотрим, выстоишь ли ты против этого «хлама»… — пробормотал противник и приготовился.
Возле Аурума что-то промелькнуло, но ему удалось своевременно уклониться. Затем сталь пронеслась над его головой еще раз и еще, но все без толку. Мироэн удивился тому, как противник умудряется поспевать за ним. Придав скорости, парень все же настиг цель, но скрещенные Геминорумы были заблокированы саблей.
— Твоя очередь уворачиваться! — безумно прокричал Аурум. Реликвия ярко засияла. Прогремел взрыв, откинувший двух участников по разные стороны арены.
Толпа восторженно ахнула. Золотой скорпион с потехой наблюдал за тем, как его оппонент кривится от боли и обдирает воспламенившийся рукав льняной рубахи. Худощавые скулы Мироэна заиграли от злости. Громко хмыкнув, он продолжил нападать.
Мерцающая тень, появлявшаяся в разных точках арены, наносила по Ауруму быстрые и четкие удары, но тот будто нарочно отражал их своим оружием, вместо того чтобы уклоняться. В момент, когда герой занес мечи над головой недруга, образовалась цепочка взрывов, захлестнувшая все поле боя.
— Похоже, Мироэну Люмийскому приходится несладко! Вспомните, как быстро вчера закончил поединок скорпион. И как долго утилизаторы все вычищали, — позволил себе сказать глашатай, отдавая явное предпочтение Ауруму.
В этот раз пламя обожгло второй рукав, вплоть до плеча. Люди впервые увидели у Коллекционера татуировку с вороньей головой.
— Геминорумы, с вас хватит, — крикнул Мироэн, после чего извивистые клинки исчезли.
— Признай, эти реликвии все же достойны звания «императорских», — смеясь, хвалился мужчина.
Парень промолчал: пустая болтовня лишь отвлекала. Его руки вновь наполнились ярким светом: на этот раз он призвал одно из сильнейших оружий, которое смогло бы противостоять Ауруму.
— Видел я уже эту безделушку, меня ничем не удивишь. А вот ты… Да… Ты явно будешь поражен.
Рахасский воин сменил тактику — теперь пришла его очередь атаковать. Вплотную приблизившись к участнику турнира, он несколько раз рубанул по нему саблей, но тот успел отскочить. Обожженные руки крепко вцепились в единственный оплот победы в этой схватке — Фраксинус.
Когда удар нагрянул сверху, Мироэн заблокировал его древком. Раздался сильный хлопок, однако на сей раз все было иначе. Взрывная волна, поглотившая арену, замерла. Время будто повернулось вспять, и смесь пыли и жара была поглощена оружием принца.
— Значит, догадался… — с легким недовольством пробормотал Аурум.
— Сабля императора Рахаса, Унда, прикасаясь к чему-либо, генерирует взрывную волну, мощность которой зависит от силы удара. Как ты уже понял, взрыв выделяет тепло, а моя коса его поглотила.
Было видно, что мужчина забеспокоился: его руки слегка подрагивали, но при этом с лица все никак не сходила самодовольная усмешка.
— А эти пьяницы, протирающие свои седалища за барными стойками в тавернах, оказывается, не лгали. Проницателен, гаденыш…
Взмахнув Фраксинусом, Мироэн высвободил из него мощный поток пламени и направил на врага. Объятый жаром Аурум мучительно завопил и попытался выбежать из зоны горения. Но через пару секунд огонь начал постепенно исчезать — его поглотили золотые перчатки.
— Ха, шучу, — насмешливо произнес Скорпион. Его тело и одежда были невредимы, а хризолиты, ранее сверкавшие от падающих на них солнечных лучей, потускнели.