– Чивайст… – начала Гомула, но Старый Чёрт её перебил:
– Эй, приятель, ты хочешь, чтобы я ответил? Что ж, расправь свои драные уши и слушай внимательно. Наш корабль был гражданским на все сто процентов. И пусть меня накормят святыми мощами, если я соврал хоть слово. Никаких военных узлов, приспособлений, механизмов на борту у нас не было, не говоря уже о броне или оружии. Слышишь, ты, недоносок?! Я поклянусь тебе чем хочешь, что это так. И никакого защитного поля у нас не было, никаких помех мы не ставили… Ты, наверное, сбрендил от служебного рвения…
– Сбрендил? Я сбрендил? – Голос Чивайста сорвался на истошный визг. – Слушай, ты, задница штатская, я призрак смерти, я никогда не ошибался! Да за такие слова я тебя…
– А ну-ка тихо! Всем молчать! Живо успокоились! – раздался откуда-то сверху холодный, бездушный голос. – Старый Чёрт, моторный бес сектора 666, нам нужно поговорить с тобой. Это говорю я, Даниэль Карвазерин, командующий бригадой колдунов станции «Бородино». Приготовься к встрече с нами.
Этот Карвазерин действительно обладал немалой силой. Старый Чёрт почувствовал, как к нему потянулись мощные потоки магической энергии, разогнавшие всех вокруг и вышвырнувшие из-под него поддерживавшую тучу. Молнии затихли, послышался невнятный гул, стальные плиты раздвинулись, в защитном поле образовался коридор, через который в отсек зашёл высокий, сухопарый, мягкокожий с тёмно-серыми глазами. Глазами, излучавшими силу. Лоб Даниэля Карвазерина пересекали три глубоких, пурпурного цвета шрама, несомненно магического происхождения. Одет колдун был не в обычную форму Военно-космических сил России, а в абсолютно чёрный плащ – наподобие тех, что носили древние друиды. Вошел Карвазерин один! Это поразило Старого Чёрта. Даже маг высшего, пятого, класса не осмелился бы войти в помещение, полное не просто потусторонних существ, но самых злых, сильных, полных ненависти боевых бесплотных созданий. Карвазерин же не просто вошёл: при его появлении все демоны, призраки смерти, боевые духи, легионы мелкой нечисти, Гомула – все поклонились своему повелителю.
В этом поклоне не было ничего унизительного. Карвазерин был сильнее, вот и всё.
– Семь шагов назад, – ледяным голосом скомандовал колдун. – Всем.
Все повиновались. Во внешне спокойном и бесстрастном голосе Карвазерина слышались громовые раскаты огромной силы.
– А теперь, мой благородный бес, мы с тобой поговорим.
Старый Чёрт вздрогнул. Нет, он был не из пугливых, и в жизни ему довелось встречаться со многими опасностями. Были случаи, когда он стрелой проносился сквозь пламя взрывающейся и сгорающей в огне взрыва планеты; на его счету были сотни отражённых метеоритных атак, удавалось ему вырвать исследовательский корабль и из всепожирающей трясины живого, разумного болота. Но что такое настоящий страх, он понял только сейчас. Под взглядом серых глаз колдуна, под волнами исходящей из них магической энергии душа моторного беса начинала трепетать и не смела искать облегчения даже в привычных проклятиях. Лицо Карвазерина нависло над ним – бесчувственное, бесстрастное… Великий колдун молчал, говорили только его глаза.
– Почему ты не ответил на мой вызов? – строго спросил колдун.
– Какой вызов? – искренне удивившись, как мог вежливо переспросил Старый Чёрт.
– Что? Ты будешь утверждать, что ничего не слышал? – громогласно произнёс колдун. – Слышал, слышал. Ты всё слышал… Но не отвечал! Кто отдал тебе такой приказ?
– Какой приказ? – пробормотал Старый Чёрт, обескураженный такой постановкой вопроса.
Карвазерин прищурился. Теперь он стал один к одному похож на «злого» следователя из бульварного детектива.
– Твои хозяева сейчас проклинают мою страну и мой экипаж, обвиняя нас в жестоком, бездушном уничтожении ни в чём не повинных гражданских пассажиров, – прошипел Карвазерин, как рассерженная кобра. – Хитро придумано, очень хитро. Русские – свиньи, русские – кровавые ублюдки, русские – кровожадные вампиры и так далее… Но вот только меня в этом плане не учли.
– Я ничего не знаю ни о каком плане, – сказал Старый Чёрт, чувствуя, как захлёстывает его волна ненависти, исходящей от колдуна, ощущая, как болезненно проникает она во все уголки его души, в самую глубину разума. – Ну с какой стати этот мягкокожий…
– Не смей называть меня так! – рявкнул, сверкая глазами, побледневший колдун. – Прибереги это прозвище, данное твоим народом моей расе, для своих дьявольских кабаков! Там говори всё, что хочешь. А сейчас ты находишься в крепости «Бородино», ясно тебе, убогий? Так что поумерь свою гордость и отвечай. Итак, кто отдал тебе этот приказ?