Сначала это вызывало смех, а далее перешло в подобие пытки, даже глаза у мальчишки заслезились. Но наконец, они оказались в верхнем отсеке, где обычные белые стены тюремного сектора сменила бонищенская роскошь. Красиво все, как в Эрмитаже, и тоже много зеркал. Юная стэлзанка скинула с себя Тигрова и принялась поправлять себя прическу, и строить в зеркале рожицы. Владимир при падении немного ушиб колено, да и расчесанная острым ноготком левая ступня дико зудела. Тем не менее, он вдруг ощутил в себе душевные силы держаться прямо и поднять выше голову. - Надо и он проявит стойкость молодогвардейца на фашистском допросе. Докажет и что мальчишка двадцать первого века не уступают своим сверстникам из двадцатого! Старшая надсмотрщица сердито толкнула, его в спину и тут же придержала, чтобы юный пленник не улетел вперед, ноготки впились кожу, выступила кровь. Владимир, нетвердо держась на ногах, попробовал отшутиться:
- Веревка на шее тоже надежная поддержка, причем без всяких условностей!
Надсмотрщица схватила Тигрова за подбородок, и приподняла на вытянутой руке, легко оторвав от пола. Челюсть сдавило клещами, а шею вывернуло, голова была готова оторваться, а ноги беспомощно болтались. Владимир судорожно схватился за кисть стэлзанки, пытался разжать пальцы. Та рассмеялась:
- Человеческий детеныш... Глупый лягушонок...
Юная напарница шепнула:
- Хватит, следователь и так заждался.
Старшая тюремщица осторожно поставила мальчишку на ноги и приказала:
- За мной и не звука! Ничто так не укорачивает жизнь как длинный язык!
Вскоре его ввели в кабинет. Двери логова толстые из позолоченного металла, украшенные бегущими побегами, только вместо цветочных бутонов торчали обтекаемые с хищно торчащими дулами башни танков. Владимир машинально перекрестился: "ни чего у них вкусы".
Сам кабинет вовсе не напоминал собой средневековый пыточный каземат. Несколько богато разрисованных ваз с цветами, пара картин выполненных сочными красками, в стиле эпохи возрождения, скорее успокаивающие с яствами царского пира и едва прикрытыми девушками-прислужницами. Явно ручная работа, хотя мазков почти не видно - мастера. И еще большущее кресло, украшенное как трон персидского шаха. На нем сидел очень вежливый интеллигентный мужчина в белоснежном с золотыми звездочками халате. Он был смазлив, рослый и широкоплечий, как впрочем, и все стэлзаны. Говорил он, пожалуй, даже на слишком правильном русском языке, точно как в словаре ставя ударения, и шлифуя окончания, что лучше всего выдавало в нем иностранца или точнее иномирянина.
После стандартных вопросов последовали более подробные расспросы. К голове, руками и ногам подключили датчики. Последние события настолько потрясли Тигрова, что он ничего не скрывал. Тем более, когда дядя в халате вежливо предупредил, что за каждую ложь киборг будет давать электроразряд, безопасный для жизни, но очень болезненный.
Следователь после нескольких честных ответов, похоже, серьезно удивился. Его глаза округлились:
- Ну, ты и гонишь козявочка вакуум. Переместиться на тысячу лет вперед, да еще уцелеть, от волн аннигиляционного излучения, не может никто!
Владимир опустил ногу и потер все еще зудящей от щекотки подошвой мягкий как пух ковер. Растеряно ответил:
- Наверное да... Но вот уж получилось, может в пространстве есть какие-то особые, ранее не открытые измерения, которые позволяют при определенных условиях проскакивать через временные барьеры.
Следователь не стал спорить или что было бы для стэлзана куда естественнее ругаться или бросится избивать беззащитного мальчишку.. Вместо этого, он сделал изящный жест и стоящей слева вазы вдруг выросли руки и ноги, а красивый куст ощетинился кривыми иглами и огоньками. Послышался писк:
- Прикажете истязать пленного гранд-палач?
Следователь вместо ответа, встал, пошел к Тигрову, приподняв мальчишку за подбородок:
- Говори правду, откуда ты или познаешь ранее невиданную боль...
Владимир, сильно потея и запинаясь от страха, пробормотал:
- Клянусь я вам, все уже сказал...
Следователь тут беззвучно рассмеялся, отпустил мальчику. Коротко приказал:
- В люкс-одиночку его! Обращаться вежливо!
Допрос неожиданно быстро и без телесных мучений закончился, и мальчика увели, две прежние надсмотрщицы. Они на сей раз были уже не столь грубы и посадили юного узника в особую капсулу сами сели по сторонам. И погнали по коридорам, словно машинки в аттракционе... Только куда быстрее, что ничего и не разглядишь, мелькает, а тело жестко вдавливает в мягкое кресло...
Владимир не успел, как следует испугаться, они остановились возле двери с сияющим как электронный циферблат номеру, который разом сменился, когда к нему надсмотрщица повернула свое смазливое и свирепое лицо, и моментально отрылся широкий вход. Тигров впрочем, испытал удивление не поэтому поводу, а из-за того, что, не ощутил встряски из-за столь резкой остановки.