— Камеры зациклены, — сказал парень. — Так что, если не будем шуметь, то сможем выбраться без особых проблем.
— Ты кто такой вообще? — спросил я.
— Снаружи расскажу.
Темнит. Я бы напрямую спросил бы, не послал ли его Шерлок, но не стану. Лишняя информация, которую выдавать точно не стоит. Были еще и мысли о том, что этот побег мне устроили сами корпораты, в надежде проследить за мной, и что я выведу их до Шерлока, но это уже какая-то слишком сложная схема. Да и должны они понимать, что это не я с ним связываюсь, а он со мной.
Ладно, вот он — шанс, про который говорила Алиса во время моего бреда. Теперь главное — не упустить его. И все зависит исключительно и полностью от меня. Ладно, справимся.
Насколько я понял, это все-таки была не тюрьма, а клиника. Не имелось тут никаких решеток, которые перегораживали бы коридор, и ничего подобного, так что мы вполне спокойно прошли до самого конца, до двери. Мой проводник приложил ладонь к считывающему устройству, и он отъехала в сторону, спрятавшись внутри стены.
Однако, как все интересно. Все на NFC-чипах, которые в ладонях, культура. Никаких ключей.
Мы же оказались в еще одном, гораздо более широком коридоре, и вот тут-то охрана была. Чуть дальше, у здоровенной двери стояло двое. Они разговаривали между собой, и особо не обратили на нас внимания.
Похоже, что за дверью находилось что-то секретное, раз возле нее поставили караул. С другой стороны, они совершенно очевидно не ловили мышей. По-видимому, рассчитывали на другие системы безопасности.
А тут ведь наверняка они есть. Может быть, все на ключ-картах, а возможно, что прямо на чипах, которые вшиты в ладонь. Сканеры сетчатки и отпечатков пальцев ушли в прошлое, просто потому что многие отказались от своих рук в пользу протезов, а уж оптику носят вообще все.
Государство требовало, чтобы на пальцы протезов стали наносить уникальный узор, имитирующий папиллярный рисунок, ну и чтобы радужку искусственных глаз окрашивали так же. Но увы, производители отнекивались, говоря, что разработать для всех пользователей такое будет невозможно, что это будет повторяться, и что очень легко можно будет подделать и обойти системы безопасности. Тут уж, как ни крути, у людей не получалось повторить то, что природа сделала сама.
Мы прошли мимо, и один из парней проводил нас взглядом, но не подозвал, ничего не сказал. Похоже, что моя маскировка сработала. На самом деле с маской на лице единственное, что меня может выдать — это шрам на виске. Ну либо если кто-то увидит незнакомую рожу и заинтересуется, кто это.
Когда мы подошли к следующей двери, из нее вышел мужчина, тоже в форме. Увидев нас, он остановился, протянул моему проводнику руку.
— Здорово, Джек, — сказал он. Вряд ли это было имя, скорее всего, просто позывной. Впрочем, ничего удивительного как только людей не называли.
— Здорово, Добрыня, — ответил парень, пожимая ему руку.
— А это кто? — спросил мужчина, протягивая руку уже мне.
С одной стороны, это плохо. С другой… Если он протянул руку, значит, скорее всего, ничего не заподозрил. Иначе не стал бы, все-таки руку ты протягиваешь тому, кому не доверяешь.
— Это Гриша, — ответил мой проводник. Спешно, слишком спешно, как по мне. — Новенький. Сегодня только прислали, а меня Аля отправила показать ему, что где. Ну, сам знаешь, где и за чем наблюдать, обязательные места проверки, ну и то, куда лучше не соваться.
— Очень приятно, — кивнул Добрыня.
Интересно, это у него родители помешаны на старине, или он заработал такой позывной. Особо на богатыря он не был похож, даже если брать не реальный былинный облик, а того, которого изображали в мультфильмах от «Мельницы». От мысли о них сердце чуть кольнуло, Ваня любил их, и мы под каждый новый год ходили на новые. Ему нравилось, а я не был против, потому что считал это признаком правильного воспитания.
— Взаимно, — проговорил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— А чего тебя в охрану-то? — спросил он, вдруг хлопнув меня по плечу. — Ты, вроде, здоровый? Почему не конвои, не на другие операции?
— Да хрен его знает, — ответил я, заметив, что Джек уже открыл рот. Нельзя, чтобы он говорил за меня. — Когда подписывались, предлагали дела чуть ли не как у «Волков». А теперь сказали эту дыру охранять. Я до этого в столичном ОМОНе служил.
— Ну про дыру ты зря, — сказал он. — Тут, понимаешь, будущее разрабатывают. Но рекрутеры часто всякую дичь
— Да посидит пару месяцев тут, — сказал мой проводник. — Пообвыкнет. Испытательный срок, сам понимаешь.