— Ладно, — кивнул Добрыня. — Давай, смотри тут, что как. Зато служба непыльная, сюда никто особо не лезет.
Ну да, оно-то и видно, что вы тут все расслабились. Наверное, даже если бы я вышел наружу прямо в больничном тряпье, то он подошел бы ко мне, сказал бы, что я одет не по форме, что допустил потерю дорогостоящего обмундирования и буду служить, пока мне не исполнится пятьсот десять лет. И отправил бы охранять какую-нибудь дверь.
Мы двинулись дальше и вошли в не успевший закрыться за Добрыней дверной проем. Он вел на лестницу, и мой проводник уверенно повел меня вниз. Почему не наверх? А, наверное, тут тоже подземный паркинг есть, или что-то такое. Скорее всего, тут подземелье настоящее, да и сами мы не на первом этаже, там-то как раз просто клиника.
Я услышал, как по лестнице снизу кто-то поднимается. Сделал несколько шагов вниз, чуть сместившись в сторону, поднял взгляд и похолодел: это был тот самый доктор, который участвовал в моем допросе. В другой ситуации я бы с большим удовольствием встретился бы с этим уродом, чтобы сломать ему шею, но сейчас, увы, это рандеву было вовсе не в моих интересах.
Но на лестнице больше никого не было, а камеры зациклены. Так что если он спалит нас, я просто убью его и все. И получу от этого удовольствие, потому что такие уроды просто не должны существовать.
Доктор шел вперед, уткнувшись в планшет, и что-то читал. Наверняка что-то про результаты своих живодерских экспериментов. Хотя, может быть, я совсем плохо о нем думаю, но они тут явно занимались и мозголомкой.
Теперь я смог прочитать на его бейдже имя: Рожнов Севир Анатольевич. Стоит запомнить, в наше время не так-то уж просто спрятаться, так что я рано или поздно нанесу ему визит. Если, конечно, смогу выбраться отсюда и переживу заваруху, которая начнется в ближайшее время.
Доктор так и прошел мимо, уткнувшись в планшет, странно, что он вообще не свалился. Миновав его, мой проводник прибавил шагу. Похоже, что ему тоже хотелось свалить отсюда как можно скорее.
Кто же он все-таки такой? Впрочем, думаю, что скоро я это узнаю. Просто потому что я не поеду с ним никуда, пока он этого не расскажет. Пусть хоть убивает.
По лестнице мы спустились на два этажа, и пусть она шла и ниже, Джек подошел к двери, которая вела наружу, и приложил ладонь к считывающей панели.
Как я и предполагал, мы оказались на подземной парковке. Парень спокойно пошел по ней, не обращая ни на кого внимания. А вот мы наоборот привлекли его: на нас посмотрела группа СБшников, которые курили чуть в стороне. Я старался идти ровно, не сбиваясь с шага, чтобы не вызвать никаких подозрений. Когда проникаешь куда-то, то нужно действовать так же, как когда врешь: вести себя нарочито уверенно, будто ты полностью контролируешь ситуацию. Тогда тебе поверят.
Окликать нас не стали, проводили взглядами, а потом вернулись к разговору. Секунду спустя, послышался взрыв смеха. Обсуждали, кстати, женщин. Ну что ж, интересы у парней меняются, но женщины всегда будут одним из главных. И слава Богу, лучше уж так, чем если мужики начнут обсуждать других мужиков.
Мой проводник достал из кармана брелок и нажал на кнопку. Лада Людмила, что стояла чуть дальше, моргнула фарами и завелась. Он подошел к водительской двери, открыл ее, я тоже не преминул забраться внутрь. Мы оба пристегнулись.
— Почти, — проговорил он. — Последний пост остался.
Парень тронул машину, и повел ее в сторону выезда с парковки и скоро остановился у ворот. Опустил стекло, повернув голову к установленной на столбе камере, приложил ладонь к считывающей панели.
Прошло несколько секунд, и ворота стали открываться, отъезжать в сторону. Мой проводник поднял стекло, после чего тронул тачку, и выехал наружу. Оглядевшись, я понял, что мы находимся где-то в центре Новой Москвы: уж очень характерная тут была застройка. Не самый, конечно, где НМГУ и соборы, но не очень-то далеко.
Первые метров триста после поворота мы проехали спокойно, а потом парень стал постепенно разгонять машину. Подозреваю, что понимаю, что именно он чувствовал в тот момент: облегчение. Мы ведь оба рисковали, только вот меня, скорее всего, попытались бы вернуть обратно в палату, а его попросту убили бы.
После допроса. Или тоже кибердеку из головы вытащили бы, чтобы считать все.
Скоро мы выехали на проспект, и он прибавил скорости еще сильнее. Метнулся из ряда в ряд, объезжая две машины. Нам засигналили вслед, но он не обратил на это внимания.
А потом он свернул на узкую улочку, сбросив скорость, и поехал уже по ней. Я подумал, что пришло время узнать, кто он такой. И куда меня везет, что немаловажно. Я же не могу позволить тащить себя, словно козленочка на веревке.