Не сводя глаз с мальчика, Старина испустил горестный вздох. Ему было так жаль Билли, да и себя, честно говоря, тоже. А мальчик меж тем пел и пел. Он не замечал туч, которые сгущались над его головой. Словно солнечный луч, его голос рассекал мрак уныния, в котором блуждал Старый Черт. Бывший моторный бес не мог сдержать улыбку, прислушиваясь к заключительным словам своей любимой баллады.
Сомненья терзают — Ты помни одно:
Лишь тот отнимает, Кем было дано, Кто, голос твой слыша, Всему судит срок И милостью свыше Подводит итог!
Тик будь же смелее — Предвечный с тобой!
Гляди веселее И весело пой Неужто с врагами Нам не совладать, Коль с нами — над нами! — Небесная рать.
Стоило Билли смолкнуть, разразился шквал оваций. Все слушатели — и гуманоиды, и нечисть — не щадили когтей и ладоней, благодаря юного исполнителя.
Билли, смущенный громким успехом, вспыхнул, как мак, и принялся старательно и неловко раскланиваться, подражая профессиональным певцам.
Когда аплодисменты утихли, мальчик со всех ног пустился к своему старшему другу.
— Ты видел, Чертяка? — в восторге кричал он. — Здорово, правда? Мне здесь так нравится. Отличные ребята здесь живут, честное слово. Я все думаю, ну и повезло же мне! Наверняка во всей Галактике не найдется другого мальчишки, который пережил бы такое! Такую уйму приключений!
Старый Черт хотел охладить радостный пыл мальчика и разъяснить, что положение их вовсе не так безоблачно, как это представляется на первый взгляд.
Сейчас им выпал лишь краткий миг передышки. Нельзя забывать, что за ними гонятся опытные преследователи, умные и беспощадные. Стоит беглецам чуть-чуть расслабиться, как их настигнут, и уж тогда им точно крышка.
Старый Черт уже открыл рот, чтобы произнести длинную и очень разумную тираду, но Билли опередил его. Он бросился ему на шею и прошептал прямо в жесткое чешуйчатое ухо:
— Я так рад, что встретил тебя, Чертяка! Ты себе не представляешь, как я рад! Знаешь, у меня никогда не было настоящей семьи. Я всегда чувствовал себя таким одиноким. Пока не нашел тебя.
«Успею еще запугать мальчонку, — подумал Старый Черт. — А сейчас не стоит портить ему настроение». И он неуклюже погладил мальчика по голове своим огромным зазубренным когтем и пробормотал, потупившись:
— А я рад, что ты рад, Маленький Друг Всего Мира. Рад тому, что ты сказал.
Рад, что нас двое в этом мире.
Ледяным взглядом Таня окинула длинную шеренгу захваченных пиратов. По большей части они вжимали головы в плечи, упорно смотрели в землю, избегая ее презрительно прищуренных глаз, или же пытались отвернуться. Лишь немногие отважились смотреть прямо ей в лицо с откровенным вызовом и пренебрежением.
Каждого из этих смельчаков Таня смерила особым взглядом, долгим и пронизывающим, проникающим до глубины души.
Она чувствовала, что в этом поединке победа осталась за ней. Ни один из пиратов не сумел до конца выдержать ее взгляд. Даже самым отчаянным становилось не по себе, и они сдавались — отводили глаза и опускали головы, словно на земле, у самых ног, внезапно обнаружилось что-то чрезвычайно интересное.
Космические пехотинцы Организации Объединенных Планет были начеку. Они держали наготове оружие и тоже не сводили с арестованных внимательных пристальных глаз. Как и у Тани, глаза эти горели холодным огнем и наводили на пиратов страх, заставляя неловко поеживаться.
Заключенные выстроились поблизости от покорябанного снарядами остова старого грузового космолета. Посла)щы Организации Объединенных Планет сумели точно определить зону приземления пиратского корабля, и только это позволило им обнаружить ловко замаскированное судно. Слева совсем недавно находился огромный ангар, закамуфлированный настолько искусно, что он почти полностью сливался с окружающим лесом. Теперь орудия «Гамильтона» и «Рубина» разбили ангар вдребезги.
Оба боевых корабля довершали картину — они зависли над арестованными и их космолетом, предусмотрительно распахнув оружейные люки. Зрелище готовых к бою орудий должно было отбить у пиратов всякую охоту к сопротивлению и попыткам побега. Вверх от земли поднимались темные столбы древесного дыма, клубившиеся вокруг изящных обтекаемых корпусов двух маленьких космических кораблей. Дым исходил от почерневших и обуглившихся деревьев. Приступив к стремительной атаке, «Гамильтон» и «Рубин» накрыли сплошным огнем непроходимую лесную чащу, превратив ее в груду горящих щепок.
К несчастью для пиратов, их лихие и самоуверенные предводители опрометчиво решили стоять до последнего. Они не поняли, что песенка их спета, когда «Гамильтон» и «Рубин» неожиданно возникли над их головами и устремились нииз, в просвет между дереиьями. Оглушительный голос из громкоговорителя потребовал, чтобы пираты немедленно сдались вооруженным силам полиции Объединенных Планет.
Увы, пираты не пожелали внять голосу закона и разума. В ответ на требование сдаться они открыли огонь. Один раз им даже удалось запустить в корабли полиции Объединенных Планет боевой снаряд, начиненный призраками смерти.
Однако Мун и Родес тоже не зевали. Они не остались у пиратов в долгу и ответили сокрушительным огневым залпом, по мощности во много раз превысившим залп противника. Орудия обоих кораблей безостановочно извергали очереди серебряных пуль, которые оказались сильнее при-зраков смерти — они разорвали на части снаряд вместе со всеми находившимися внутри кровожадными существами, так и не успевшими сделать свое черное дело.
Такая же участь ждала пиратов и состоявшую у них на службе нечисть — всех, кто отказался капитулировать перед силами полиции Объединенных Планет.
Таня не имела понятия, сколько пиратов лишилось жизни за время короткого и жестокого боя. Никто не собирался подсчитывать убитых, да и у нее самой не было на это ни времени, ни желания. Отщепенцы, противопоставившие себя закону и порядку, мало интересовали Таню. Ее помыслы были устремлены на поиски трех беглецов: Крайгворма, Билли Иванова и Старого Черта. Этих троих она должна была заполучить любой ценой, и как можно скорее.