— Что, ракальи, съели?! — ревел Старый Черт. — Ноги еще не выросли меня догнать!
— Давай, Чертяка, жми! — визжал Билли, орудовавший в нагнетателе плазмы, на месте неудачника Тоба. Мальчишка был облачен в защитный скафандр и находился на вершине блаженства. Заклинания, которым потихоньку учил мальчика моторный бес, получались у него легко и свободно, словно он всю жизнь только тем и занимался, что выводил на форсаж двигатели космических кораблей.
«Гесперос», следовавший за «Кентавром», послушно повторил маневр, хотя, конечно, не мог совершить его столь же лихо и чиркнул по краю призрачного облака. Несколько сотен призраков смерти ворвались на корабль, мигом осмотрели его сверху донизу, но не нашли ни одной живой или неживой души, о чем и доложили своему властелину.
Теперь Планетарный Демон окончательно уверился, что второй звездолет опасности не представляет, и все свое внимание сосредоточил на «Кентавре», лишь изредка отмахиваясь от надоедливых и кусачих, словно осы, патрульных катеров.
Конечно, лучше всего было бы уничтожить пустой борт, но, к великому сожалению Планетарного Демона, призраки смерти умеют только убивать, и, если под рукой у них нет подходящего взрывного устройства, ничего сломать не могут.
Несколько раз подряд Планетарный Демон пытался накрыть «Кентавр» магическим ударом, но всякий раз кораблик, такой крошечный по сравнению с гигантским демоном, проявлял удивительную прыть, неуклонно сближаясь с противником. Пустое корыто позади «Кентавра» покорно следовало за лидером, но на него Демон уже не обращал внимания. Он забыл даже о катерах, терзающих его с двух сторон, не думал, как мучительно будет потом выбираться из этой части пространства, отныне и навсегда загаженной серебряной пылью. Он хотел только одного — раздавить «Кентавр» вместе с бешеной бабой, которая причинила ему столько боли и бед Планетарный Демон пустил в ход свои основные силы, которые берег для схватки с Советом Семи.
— Ты гляди, что вытворяет этот сукин сын! — закричал Влад, стоящий наготове рядом с Таней.
На центральном экране было видно, как изменился гигантский образ Планетарного Демона. Он открывал свою глотку все шире и шире, пока та не превратилась в необъятную бездонную пасть. Оттуда вырвалась колоссальная волна магической энергии, и «Кентавр» отшвырнуло назад.
Дэвид с Владом с размаха врезались в стенку, но тут же вскочили, готовые отражать атаку. Покуда ни тому, ни другому не пришлось применить свои умения, слишком уж велики были расстояния, на которых шло сражение, и мастера ближнего боя оказывались без дела. Но теперь, похоже, пришел их черед. Дэвид и Влад увидели на экране громадную пасть, пышущую уже не миллионами, а миллиардами миллиардов призраков смерти, жаждущих поглотить их жизни. Они двигались сплошной стеной, и нигде в их рядах было не найти ни малейшей щелочки.
Оставалось бежать или немедленно погибнуть.
Но что действительно удивило, так это спокойный голос Тани, которая произнесла:
— Полицейские катера вовремя убрались. По крайней мере, им удалось спастись. А для нас, кажется, начинается полное светопреставление. Идем на прорыв, мальчики, готовьтесь к рукопашной.
Оба киллера уже стояли по сторонам от пульта управления, в руках матово светились мечи из тусклого колдовского пламени, незаменимые в борьбе против нечистых духов.
Лейтенант Мун вдохновенно, словно священнодействовал на кухне, единым аккордом чуть не всех сенсоров управления швырнул корабль вперед, под самый взгляд Планетарного Демона. Моторный бес, хрипя кощунства, усиливал рабо-ту двигателей, и «Кентавр» мчался, покрывая все рекорды скорости. Таня Лоусон из последних сил творила заклинание, которое хотя бы отчасти должно было расчистить путь перед безумным кораблем.
Планетарный Демон высвечивался на центральном экране. Огромное лицо величиной чуть не с планету Юпитер пылало злобой, которую чудовище уже не удерживало в себе. Изъеденная снарядами кожа кипела, полосы цветового спектра пробегали по дьявольской морде, то зашкаливая все возможности восприятия, то почти угасая. Невообразимо широкий диапазон, который начинался от почти невидимого раскаленного белого до практически незаметного холодного черного, кого угодно мог сбить с толку, если вообще не лишить способности разумно мыслить. Хотелось бросить все, зажмуриться, закрыть глаза руками, чтобы не видеть этого ужаса.
Впрочем, для испуга уже не оставалось времени. «Кентавр» столкнулся с роем призраков смерти, выплюнутым космическим страшилищем, большая часть призраков была смята защитным щитом, но и тех, что остались, с лихвой хватало, чтобы разгромить сколь угодно могучую армию. Пронзая обшивку, страшные духи алчно рвались на борт и устремлялись к своим жертвам.
Влад и Дэвид отчаянно сражались с целыми полчищами. Светящиеся мечи рубили призраков смерти, раскидывая их направо и налево. С каждым ударом по несколько десятков мелкой нечисти отправлялось на тот свет.
Командная палуба за считанные минуты превратилась в яркое месиво зеленой кипящей крови, которая на глазах испарялась, превращаясь в ничто. Но призраки смерти продолжали прибывать вновь и вновь, и казалось, им не было конца и краю.
Они выскакивали из стен, сыпались с потолка, высовывались из-под пола, и только невероятная реакция Дэвида и Влада до поры могла сдерживать их.
Отступать было некуда, стоило бы хоть на шаг отойти от командного пульта, где работал Мун и ворожила Таня, как какой-нибудь не в меру ретивый призрак мог выскочить прямо из приборной стойки. В конце концов, Мун крикнул в микрофон:
«Черт, действуй сам!» — и, выхватив пистолет, принялся расстреливать призраков, прыгающих с потолка.
Влад и Дэвид стояли насмерть, защищая Таню до последнего вздоха. Заняв оборонительную позицию у командного пункта, они преграждали путь призракам смерти. Никто и никогда не сражался в таком бешеном темпе и никто не мог бы выдержать такого темпа дольше полуминуты. Бойцы уже едва поднимали магические мечи. Из груди рвалось не дыхание, а хриплый стон, но светящиеся лезвия продолжали с легким шорохом описывать сложные фигуры, рассекая чешуйчатые тела, которые тут же рассыпались, источая жар и зловоние. Будь иначе, оба воина давно были бы с головой погребены под горой вражеских трупов.