Эта женщина была красива. Стоп! «Красива» — не то слово. Слишком уж оно привычно, общо, легко произносится, не передавая ничего конкретного. При виде стандартной красотки чувства Влада не испытали бы ни малейшего напряжения. Для начала он определил, что блондинка в форме Межпланетной полиции изрядно смахивает на тигрицу, — такая грация и скрытая сила сквозили в каждом ее движении, в гордо поднятой голове, в непокорных золотистых кудрях, выбивающихся из-под форменной фуражки. Взгляд этой женщины — профессионально быстрый и острый — мгновенно обегал любое помещение, в котором она оказывалась. В какой-то миг ее глаза встретились с глазами Влада, и, несмотря на то, что между следователем Лоусон и майором Прожогиным находились объективы камер, экран монитора и толпы самых разных бесплотных существ, воспринимающих, передающих, сортирующих, корректирующих и трансформирующих видеосигнал, — несмотря на все это, Влад ощутил мгновенное обжигающее прикосновение скрытого во взгляде Тани пламени. Да, эта женщина от природы была одарена могуществом мага, причем мага сильного.
Но было во взгляде этих глубоких, напряженных глаз и что-то еще, слабое, ускользающее, с трудом поддающееся описанию… Под ледяной маской и невидимой броней в душе этой женщины билось живое сердце, измученное, закаленное и ожесточенное долгими годами одиночества.
Эта женщина может быть кем угодно, понял Влад. Опасным, яростным врагом и страстной любовницей. Хладнокровным снайпером и отличным приятелем. Она наверняка хороша в постели, но еще лучше она проявит себя в отчаянной погоне или бою.
Звук ее твердых, уверенных шагов звучал в ушах Влада трубным зовом судьбы.
Прошло не меньше минуты, прежде чем Влад сумел заставить себя обратить внимание на спутника следователя Лоусон — огромного огра в дорогом сером костюме.
«Итак, она уже здесь. Значит, я должен работать еще быстрее и собраннее».
Влад попытался привести в порядок взбудораженные мысли и чувства. Что, майор, усмехнулся он про себя, блондинок никогда не видел? В форме и без, одетых и вообще без одежки? В чем дело, дружище? Отец Онфим был бы разочарован и огорчен, узнай он о том, что с тобой происходит.
Неожиданно Влад понял, что ощущает себя нерадивым студентом накануне трудного экзамена. Он лихорадочно перебрал в памяти свои действия с момента прибытия на «Бородино». Черт! Сплошная цепочка нарушений и отступлений от полученных инструкций. Он проинструктировал Долгова, провел беседы со всеми членами экипажа, так или иначе причастными к инциденту, хотя все это было ему строжайше запрещено. А теперь он дрожит перед этой женщиной, которая будет проверять его работу и, если он что-то сделал не так, вполне может стать его судьей, а потом, глядишь, и палачом.
Да, она совсем не похожа на тех красоток, к которым Влад без колебаний «подваливал», предлагая: «Ну что, крошка, поужинаем вместе?» По правде говоря, он с трудом мог представить себе мужчину, который отважился бы на такое. Лично он не стал бы так рисковать, не прикрывай его с тыла по меньшей мере ударный танковый полк.
Вскоре на экране монитора появился контрадмирал Амириани собственной персоной — красный, как вареная свекла. Влад как раз занимался просмотром записи препирательств командующего станцией с почетным визитером из Межпланетной полиции.
— Майор, ты видел?! Нет, ты видел?! — Адмирал выглядел так, словно только что наделал в штаны. — Вот ведь стерва какая, а? Майор, останови ее! Я тебя умоляю! Ясное дело — ее сюда прислали, чтобы угробить нас, возложить всю вину на меня, на станцию, на всех нас!
Под конец своей речи Амириани перешел почти что на визг.
— Успокойтесь, адмирал, — сухо сказал Влад. — Если дела пойдут не так, как нужно, я разберусь с ней. Можете быть уверены.
— Правда? Обещаешь? — В голосе адмирала слышалась надежда, словно в голосе ребенка, вытягивающего из отца долгожданное обещание.
— Само собой, — кивнул Влад, понимая, что впервые за все годы службы он дает заведомо лживое, ничем не подкрепленное обещание.
Экран погас. И Амириани, и Лоусон на время исчезли. Влад обхватил голову руками и задумался. Чувствовал он себя очень беспокойно, неуверенно и одновременно от всей души презирал себя за слабость.
— Тряпка, сопляк! — бормотал он про себя. — Увидал смазливую мордашку и спекся! Нет, так дело не пойдет. Пора брать себя в руки, майор!
Многолетние тренировки тела и разума сделали свое дело. Влад заставил себя успокоиться. Его дыхание вновь стало глубоким и ровным, зрачки сузились…
Придя в нужное состояние, он попытался погрузиться в медитацию, но что-то вновь помешало ему. Что-то почти неразличимое мелькнуло в густой тени… Движение? Не совсем. А что тогда? Просто слабый тревожный сигнал — ничего более конкретного Влад придумать не мог. Казалось, отдаленная, но зловещая опасность проползла на станцию и, сама того не подозревая, связала себя невидимой нитью с майором Прожогиным. И эта нить утолщалась, грозя превратиться в цепь.
Влад напрягся, пытаясь поймать ускользающее ощущение, сделать его более ясным, осмыслить, проанализировать, — напрасно. Сжав зубы, Влад встал из-за стола и вышел из каюты. Нужно быть поближе к госпоже Лоусон, чтобы проследить за каждым ее движением, а в крайнем случае и удержать от совершения опасного и неверного шага.
Противником она была достойным. Прожогин понял это сразу, а проследив за первыми шагами расследования, убедился, что недооценил госпожу Лоусон: она была не просто опасным противником, а смертельно опасным. Нет, разумеется, в ближнем бою, а тем более в рукопашной схватке, даже сдобренной изрядной долей магии и колдовства, он ее одолеет… Стоп, стоп, стоп! Господи! Влад, неужели ты всерьез продумываешь вероятность вооруженной схватки с женщиной? Ну и дела…
Нет, разумеется, покопавшись в памяти, майор вспомнил бы нескольких женщин в реестре проведенных им операций. Но они были застрелены издалека и представляли не более чем расплывчатый контур на экране телескопического объектива-прицела.