Глава 18
Бесшумно, как крадущийся кот, Дэвид пролез по вентиляционной шахте в грузовой трюм «Звездной Голубки». Предполагалось, что отсек будет не только пуст, но и опечатан, — таково было условие фрахтователя, Организации Объединенных Планет. Тем не менее в одном из углов огромного помещения находился штабель больших контейнеров, помеченных маркировкой:
БОРОДИНО. МЕДИЦИНСКОЕ ОБОРУДОВАНИЕ. СРОЧНО!
Разумеется, немалая часть «медицинского оборудования» представляла собой разного рода контрабанду — в первую очередь предметы роскоши для высокопоставленных офицеров русской станции. Американские продукты, напитки, подарки и шмотки для офицерских жен из фешенебельных магазинов Америки. Это был совершенно рутинный способ нарушения законов, и владелец «Голубки» был хорошо известен как практикующий контрабандист. Не только известен, но и подталкиваем к такой деятельности с обеих сторон. А иначе — как бы штабное офицерье двух армий могло разжиться такими соблазнительными штучками, как русская черная икра или американское виски?
Вскоре от причалов крепости должен будет отойти к кораблю грузовой буксир, на который доверенная команда из экипажа «Голубки» перегрузит столь необходимые для русской станции «медикаменты и госпитальное оборудование». Часть оплаты перейдет наличными из рук в руки — ко всеобщему удовольствию экипажа корабля, а в момент, когда буксир отправится в обратный путь к крепости, электронные счета в банках в мгновение ока «поправятся» или «похудеют» на заранее оговоренную в тайных переговорах сумму. И даже близость войны и наличие на борту следователя никак не может повлиять на ход этого замечательного бизнеса.
Проблема контрабанды Дэвида занимала только с одной стороны: маленькое нарушение закона открывало широкую брешь в неприступной обороне космической крепости.
Пройдя к дальней стороне штабеля, Келлс приблизился к контейнеру, который он называл домом.
Прикоснувшись к ничем не выделяющейся среди других четвертой сверху заклепке на стенке контейнера, он услышал легкое жужжание. Крошечный компьютер внимательно сличал отпечатки пальцев Келлса с теми, что были заложены в его память как пароль. Затем часть стенки отъехала в сторону, открыв люк, ведущий внутрь контейнера…
…откуда выпал труп голого, покрытого татуировкой человека.
Дэвид поморщился: от тела ощутимо тянуло мертвечиной.
Сначала он подумал, что это крысы. На любом корабле любого размера есть эти грызуны. Человечество так и не смогло найти решения крысиной проблемы. За столетия и тысячелетия борьбы с человеком крысы выработали иммунитет против всего на свете: против любых средств уничтожения — механических, химических, электроннофизических и даже магических. В общем, услышав прокатившееся по трюму эхо негромкого шуршания, какие-то шорохи, Дэвид совершенно спокойно списал эти звуки на крыс.
То, что Дэвид принял за крысиную возню, прозвучало в момент, когда маршевые двигатели «Звездной Голубки» работали на полную мощность, о торможении еще и речи не шло, а значит, никому в голову не пришло бы соваться в грузовой трюм. Келлс привычно обживал свою временную «резиденцию». Пожитки его состояли из надувного матраса, сухого пайка и маленького генератора, позволявшего Дэвиду поддерживать вокруг требуемую температуру. Услышав шорох в вентиляционной шахте над головой, Келлс не поленился слазить туда и осмотреть все в свете фонарика.
Ничего не обнаружив, он кивнул сам себе, подтверждая первоначальную догадку:
«Крысы». Так оно на самом деле и было. Шуршание и писк раздавались в течение всего полета, становясь особенно интенсивными в те минуты, когда Дэвид принимался за еду, — что, разумеется, только подтверждало крысиную версию.
Устоявшуюся картину окружающего пространства и существ, его населяющих, пришлось кардинально пересмотреть за день до попадания «Голубки» в сектор контроля русской крепости.
Дэвид как раз занялся сборкой и настройкой имевшегося в его распоряжении серфера-призрака. Этот летательный аппарат, предназначенный для проникновения на «Бородино», представлял собой торпедообразный предмет около восьми футов длиной, занимавший большую часть контейнера-резиденции. Сдвижная панель в бортовой стенке торпеды открывала внутренний отсек серфера, в котором мог поместиться человек габаритов Дэвида. Именно в этом гробоподобном пространстве провел он время, пока шла погрузка. Хитрость потребовала лишь небольшой взятки кое-кому из космопортовских чиновников и таможенников, и теперь никому и в голову бы не пришло пересчитывать контейнеры в трюме корабля, а обнаружив лишний — докладывать об этом начальству.
Когда придет время, Дэвид снова залезет внутрь торпеды и произведет пуск.
В момент выхода в открытый космос серфер автоматически раскроется и разложится так, чтобы превратиться в то, для чего он и был создан, — в маленький космический аппарат, способный в буквальном смысле ловить межзвездный ветер и плыть, словно парусник, лавируя среди потоков и течений. Сидя в торпедообразном коконе, Дэвид будет управлять большим тончайшим полотнищем и сравнительно легко, а главное — незаметно для систем наблюдения станции сможет преодолеть расстояние, отделяющее «Звездную Голубку» от «Бородина». Особый материал корпуса и самого паруса и мощнейшие камуфляжные заклинания должны будут сделать серфер невидимым для приборов станции. Более того, малые размеры и все те же заклинания скорее всего сделают его незаметным и для человеческого глаза.
Дэвид подключил гремлин-шкатулку к системе управления серфером, чтобы проверить ее настройку, и вдруг ощутил за спиной изменение давления воздуха.
Он не стал задумываться, а прореагировал делом — совершенно автоматически.
Проклиная себя за беспечность, позволившую противнику зайти к нему с тыла и к тому же застать в очень неудобном положении, Келлс мгновенно развернулся, словно сорвавшаяся пружина.
Если бы неведомый противник знал, с кем имеет дело, он бы всю дорогу до русской крепости просидел, притворяясь корабельной крысой и уж ни в коем случае не стал бы подкрадываться к Дэвиду с ножом в руках. Заметив неясный силуэт и сверкнувшее в воздухе лезвие широкого ножа, Дэвид не колебался ни мгновения.